Отцовский инстинкт

– Оба? – наконец до меня дошло, что Лена не просто беременна, а беременна двойней.

– Оба, – уже в полный голос сказала Лена, – получилось. У нас будет два ребёнка. Правда, медсестра удивилась, что нам двоих подсадили. Сказала, что в моём возрасте только одного обычно. Риск и прочее. И чтобы я очень бережно к себе относилась.

– Будем бережно относиться, – сказал я, – главное, что всё в порядке, как я и говорил.

Только дома до меня дошло, что у нас будет двое детей. Двое.

Я достал рассованные по полкам розовые и синенькие носочки и задумчиво уставился на них.

Лена подошла сзади и обняла меня.

– Интересно, кто у нас получился? – спросила она, целуя мне спину через майку.

– Тут всего три варианта, – отвечаю я, – или две девочки, или два мальчика, или королевская двойня – мальчик и девочка.

– Здорово, – сказала Лена, – сразу двое.

– Да, – согласился я, – здорово.

Мы не знали, что в этот самый момент доктор Мразек, вернувшийся на работу после тяжёлого гриппа, устраивал разнос двум своим администраторам.

– Вы с ума сошли? – орал он двум перепуганным женщинам, вытянувшимся перед ним по стойке смирно. – Вы что, совсем с ума сошли?

Яне было страшно. Она в первый раз видела шефа в таком состоянии.

– Женщине сорок пять, – продолжал бушевать доктор, – сорок пять. Ей одного ребёнка проблематично выносить. А вы ей два эмбриона подсадили. Да вы с ума сошли.

– Мы не знали, – попробовала защититься вторая администраторша.

– А надо было, – накинулся на неё доктор Мразек, – надо было знать.

Вы у меня уже три года работаете. Вы видели, чтобы я возрастной женщине два эмбриона подсаживал? Видели? Нет. Потому что возможны осложнения и патологии.

– Что же теперь делать? – заплакала Яна.

– Ничего, – внезапно успокоился доктор, – ничего уже не поделаешь. Будем надеяться, что не приживутся, никакой беременности у Фёдоровой не случится.

Но она случилась. Прижились оба.

Однако беременность проходила тяжело. Очень тяжело. Лену тошнило, ноги у неё опухли, и спать она стала плохо.

Всё тело ломало. Готовила Лена редко, и мы пристрастились к кухне монастырского ресторана, находящегося в соседнем районе. Я облюбовал зажаренные куриные крылышки с различными соусами, а Лена кролика в сметане с розмарином. Кролик на неё действовал умиротворяюще. Других вкусовых извращений, таких, которые были у Светки, у неё не наблюдалось.

Мы записались на приём к новому гинекологу, Елене Ивановне.

– Может я сама схожу? – предложила Лена.