Место для нас

Чего только она не перепробовала, пытаясь вывести Билла из равновесия. Когда год назад она швырнула в мужа чайную кружку и осколок задел его лодыжку, Билл произнес: «Это небезопасно, Карен. Думаю, тебе не стоит делать так снова». Шесть месяцев спустя она убежала из дома из-за ссоры по поводу какой-то чепухи – сейчас она даже вспомнить не могла, из-за чего именно они тогда повздорили. Убежала и не возвращалась до утра. А Билл отправил ей первое эсэмэс ближе к ланчу:

«Ты не знаешь, где фонарик?»

Как можно быть таким инертным, таким безразличным? Это жутко бесило Карен.

Они ужинали молча, сидя друг напротив друга за маленьким столом. Билл ел медленно и методично. Каждый кусочек еды он поглощал так сосредоточенно, словно балансировал на канате. Порой это завораживало Карен. И когда из куриной котлеты «по-киевски» вылетела водянистая струйка масла с чесноком и угодила на салфетку, а не на рубашку Билла, Карен почти расстроилась.

Она промолчала – привыкла к такому. Прежде она пошутила бы по этому поводу, а теперь ей было легче невозмутимо продолжать есть – меньше разочарований. Они стали похожи на супружеские пары, которые Карен видела в отпуске, – на людей, которым нечего сказать друг другу. Карен стала предаваться раздумьям – о том о сем… Мысли метались. Если дать себе волю… Она живо представила себе разговор с мужем о сексе, как вдруг услышала его голос:

– Интересно, Дейзи приедет на это мероприятие?

– На какое мероприятие? – Карен часто заморгала.

Билл нацепил горошину на один зубец вилки.

– Мамин праздник. Интересно: вспомнит ли она вообще, что речь о юбилее – что ее матери исполняется восемьдесят?

Карен даже не знала, что ответить.

– Конечно, приедет, она про такие вещи не забывает. К тому же ваша мама попросила всех присутствовать, верно? Я про ее странное приглашение.

– Не знаю, странное оно или нет. Типичная мама. Такое у нее необычное чувство юмора.

Карен сомневалась.

– Ну ладно. Так или иначе, я уверена: Дейзи появится.

Билл открыл рот и тут же закрыл, а потом медленно произнес:

– Ты ее не знаешь.

«Он хочет об этом поговорить», – поняла Карен.

– Зато я знаю, что вы все про нее говорите. Вернее – что вы все про нее не говорите. По крайней мере, Дейзи явно любит мать – и пусть она тебе и Флоренс не нравится.

– Конечно, она мне нравится.