Ярославль. Сорок тысяч слов о любви

Мост назывался Американским, первоначально он и был таким, как в вестернах – с сетчатыми металлическими конструкциями по бокам. Именно по нему и шла бабушка Веры в гости к Коле.

В конце моста, прижавшись к перилам, целовалась юная парочка. Девушка стояла к парню спиной, он обнимал её. Целоваться так было неудобно: юноша вытягивал шею, словно гусь, а его подружка повернула голову назад до предела.

– А это что за тип? – спросил Годунов Веру.

– Это? Тип номер два, «Вывих шейных позвонков». Опасная штука.

– У воды всегда так.

– Точно. Там ведь набережная? – Годунов кивнул. – Я там с мужем познакомилась. Только не зимой, а летом.

– Ты же из Юрьевца.

– А встретились здесь. Я тогда окончила школу и не поступила в институт. Хотела в Иваново на бухгалтера, тогда все мечтали быть бухгалтерами и юристами. Мне никто не сказал, что просто так, без взяток и знакомств, ничего не выйдет. И я приехала, такая наивная девочка. Страшно расстроилась. Как провалила экзамены, так и сбежала к бабушке в Ярославль.

Она тогда мне сказала: «Не поступила – иди работай». Я и пошла по объявлению – сувениры продавать. На набережной, где две реки соединяются.

– На Стрелке.

– Точно. Там ещё беседка и фонтаны. Меня тогда они удивили.

Годунов захотел подробностей, и Вера рассказала, как хозяин выдал зонтик от солнца, складной стол и стул, как раскладывала на столе глиняные свистульки, значки, открытки и календарики с видами города. Торговля шла кое-как, платили копейки, но Вере все это страшно нравилось – можно было читать книжки, глазеть на нарядно одетых прохожих или вглядываться в названия теплоходов, спешащих к пристани Речного вокзала.

Однажды собралась гроза. Небо за Которослью, над Иоанном Златоустом набухло тьмой. Вера спешно собрала сувениры и едва успела побросать всё в полосатую сумку, как липы над головой захрустели от внезапного шквала. Зонт, под которым Вера пряталась от солнца, опрокинуло и швырнуло через ограду набережной в обрыв. Хлынул ливень, Вера бросилась к лестнице.

Она пробежала два пролета, не выпуская из виду зонта, который катился по крутому откосу, подпрыгивая и переворачиваясь. Внезапно ударил гром, от неожиданности она поскользнулась, пролетела несколько ступенек, упала и заревела. Зонт несло в реку, но вдруг к Вере подскочили невесть откуда взявшиеся двое парней. Один помог встать, а второй побежал за зонтом.

Гроза избавила от условностей. Зонт был пойман, сувениры спасены, они пошли в кафе отогреваться чаем.