Записки полковника Крыжановского

– Александр Андреевич, вы уже где-то остановились? – голос доктора внезапно смягчился. – Да-с… Я снимаю комнату в бывшем особняке князя Вереева. Ему при старом режиме принадлежало несколько золотых приисков тут, на полуострове.

– Пока нигде, – я вновь прочитал бодрый лозунг на стене. И, воодушевлённый им, начал искать в саквояже фляжку с испанским спиртом Alvisa de Caudilio – подарком «камрадов».

– В городе в основном бараки, коллега. А у вас будет своя комната в старинном особняке. Семь комнат и, кроме вашего покорного слуги, ещё экономка Груня из старорежимных.

Да-с, и огромная библиотека князя, – глаза Васильева обольстительно засверкали.

– Хорошо, – я кивнул, разливая спирт. – Поправим здоровье?

– Да-с, поправим, – он одобрительно потёр сухие длинные ладони и добавил: – Я на спецзону. Заеду за вами через пару часов. Александр, вот диван. Отдыхайте.

Невообразимо жуткий вой разрывал пространство, вновь и вновь заполняя тьму вокруг. Что-то непонятное, животно-яростное и одновременно по-человечески тоскливое сливалось в нём в один комок.

Стыла кровь… Обливаясь ледяным потом, я пытался нащупать кобуру на боку. Кобуры не было… Сапоги беспомощно скользили по грязному насту. И непроницаемая тьма вокруг. Библейская тьма. В лицо ударила горячая волна. Начиналась паника, как во время первой битвы за Мадрид, когда «Юнкерсы» воем своих сирен вжимали нас в землю Андалусии. Я с силой укусил себя за указательный палец. Ломая наст, рухнул на колено. Рука сама нашла в саквояже лезвие скальпеля. Ледяная сталь в руке привела в чувство. Тяжело дыша, я вглядывался во мрак, готовый к бою. Вой накрыл меня снова, но уже с другой стороны – справа.

Внезапно свет фар залил ледяную поверхность. Из-за сопки вылетел армейский ГАЗ. Автомобиль стремительно приближался. «ГАЗ-61, – автоматически отметил я, – с брезентовым верхом». Взвыли тормоза. Машину развернуло на месте. Доктор Васильев настороженно сверлил меня взглядом.

– Александр, бы-ы-ыстрее, са-а-адитесь! Вы це-е-елы? Куда вы по-о-опёрлись, су-ударь?! Это опа-а-асно!

Я поднялся, сделал шаг на ватных ногах.

Упал, чувствуя щекой ледяную кожу сиденья.

– Это были волки? – рывок кузова едва не выбросил меня наружу.

– Во-о-олки… Во-о-олки, су-ударь. Да-с… – доктор щурился на меня из-под мохнатого капюшона. – Александр, у ва-а-ас есть с собой ору-у-ужие?

Я откинулся на сиденье.

– Да. Наградной наган, отцовский.

Авто кидало на обледенелой колее. Ревел двигатель. В стекло бил крупный снег.