Рядовой стрелок

– Уже утро, – проговорил Алексей, с трудом шевеля пересохшими губами.

– Степа, все нормально, немного отлежусь и встану.

– Сейчас, Леш, я воды принесу.

«Какое сегодня солнечное утро, на небе ни облачка. И кажется, что война просто приснилась. И вообще, лежу я сейчас в высокой траве на берегу речки Иня, смотрю в небо на пролетающих птиц, слушаю плеск волн и шепот ветра. Через мгновение встану, возьму косу и на пару с Василием начну укладывать траву в валки легкими отточенными движениями…», – очередные воспоминания вновь перевернули все в душе.

– Попей, – Степан вернул его из забытья и приподнял голову.

Сделав несколько глотков, обессилено уронил голову. В висках появилась боль, во всем теле ощущалась слабость.

Степан мрачно смотрел на Алексея, прекрасно понимая, что ничего хорошего того не ждет.

Глаза закрылись сами. Еще вчера Чернов чувствовал себя вполне нормально, а сегодня…

«Что ж, в плен попали летом. Теплых вещей у нас нет.

Сапоги немцы не носили, поэтому никто их с пленных не снимал. Были босые, но это те, которые не успели обуться или еще по каким-то причинам остались разутыми. А ведь ночи уже прохладные, осенние. К тому же спать приходится на земле,» – ощущение безысходности давило, лезло в душу…

– Степан, ты здесь? – очнувшись из небытия, позвал я друга.

Голова была тяжелой, чувствовался жар, на лбу выступил пот, силы ощутимо таяли. Легкий осенний ветерок пытался ворошить немного отросшие слипшиеся грязные волосы.

Алексей с трудом приподнялся на локтях и тут же упал обратно. Военнопленных было очень много. Уставшие, измученные, подавленные…

Совсем не так они представляли эту войну. Реальность оказалась другой, страшной и непонятной.

Из памяти выплывали отрывки событий, а то и целые эпизоды с протяженностью в день. Воспоминания наслаивались, расплывались, смешивались с довоенными. Некоторые дни остались четкими, с мельчайшими деталями, другие казались слепленными из нескольких.

И жил в них и воевал совсем другой Алексей, из такого недалекого и в тоже время далекого прошлого…

23 июня весь день немецкие самолеты не давали обустроить рубеж обороны. То бомбардировщики, то штурмовики, сменяя друг друга, постоянно висели над головами.

Сидя в недорытом окопе, они со Степаном успели почистить винтовки, пожевать сухари и постепенно углубить укрытие.