Тузики и Мурзики

И всё псу под хвост, всё, чтобы ворам было удобнее расхищать народное добро… – Серега мог бы продолжать сутками, если бы не мороз. Лосев, чтобы оратор заткнулся, подсунул ему батину фляжку:

– Я вообще не о том говорил! Цель может быть любая! Какое-нибудь зло искоренить…

– Почему же ты тогда избрал такой отстойный образ жизни?! – сел на своего конька отчим. – У человека с должностью больше возможностей искоренять зло!

– Большой пост я не смог бы занять – пробивные способности не те. А маленький пост мне неинтересен, так как в этом случае мне пришлось бы не бороться со злом, а потакать ему, чтобы не лишиться этого самого места.

Всё прогнило, всё коррумпировано, совести в людях не осталось. Согласен с Серегой – 1937 год – не самое страшное зло.

Последние несколько дней СМИ гудели о девочках-живодерках, и Лосев не мог полностью загородиться от этой информации – она все равно просачивалась. Эта тема обсуждалась и волонтерами в приюте, и сменщик в торговом центре, отдавая ему рацию, тоже жаждал обсудить новость.

Даже на Дне святого Мэла ребята не удержались и коснулись этой темы:

– Некоторые думают, что в модных шмотках и на дорогой машине – уже не быдло. Это не так. Быдло – это мужчины, бьющие женщин, женщины, бьющие детей, и дети, бьющие животных.

И снова прозвучало то самое: «Хоть бы грохнул кто!» Теперь же, на толстом льду канала, об этот заговорил Серега:

– Может быть, они готовили себя в профессиональные гестаповцы, а за неимением подходящей жертвы на кошках тренировались?

– Я долго работу искал, но ни разу не встречал объявления о найме гестаповца, – неохотно, явно желая свернуть тему, ответил Лосев.

– Конечно, это следствие кособокого воспитания. Считается, чтобы научить детей любить животных, надо сводить их пару раз в зоопарк. Посмотреть на зверушек за решеткой, которые томятся там ни за что. Зоопарк – тюрьма, где можно за небольшую плату увидеть приговоренных к пожизненному заключению без права на апелляцию, контактный зоопарк дает возможность еще и пощупать зэков.

Зоопарк – это неэтично. Показывая его детям как норму, мы калечим детей. У философа Розанова есть статьи о милости к животным. Не об уссурийских тиграх и дельфинах, а о дворняжках, кошках и собаках. Он пишет, что глядя на радость собаки, логичнее было бы предположить, что она чувствительнее человека. Ведь если радость она чувствует острее, то, стало быть, и боль – тоже острее. У нас же почему-то принято думать, что пнуть Тузика – невеликий грех.