Как закалялась жесть

Горечь, казалось, проникала в мозг. Специальный соус, приготовленный поваром Сергеем, не помогал, загонял мерзкий вкус в подсознание. Соус явно обладал противорвотным действием, иначе трудно объяснить, почему эта дрянь не просилась обратно. Велики и непознаваемы чудеса китайской кулинарии!.. А матери, похоже, нравилось: она уплетала фарш с таким удовольствием, словно это была, скажем, индейка. Возможно, мать по обыкновению «держала лицо», вела себя правильно. Хотя, скорее всего, запредельная горечь Елене только чудилась, а на самом деле мясо ворона было вовсе не гадостным.

Так или иначе, но совершать глотательные движения от этого не становилось легче…

Фарш был сырым.

И мясо ворона было настоящим. Не какой-то там ворОны – именно вОрона. Черного. Дьявольской птицы, живущей, по слухам, до трехсот лет.

К западу от Москвы, в известном местечке Петелино, присоседилась к крупной птицефабрике скромная ферма, специализировавшаяся на выращивании воронов. Мало кто знал о ее существовании, но столь экзотическая продукция пользовалась спросом среди продвинутой части столичной элиты, не жалевшей денег на экзотику (больших, кстати, денег).

Разумеется, Эвглена Теодоровна – в их числе. Каждую пятницу повар Сергей ездил в Петелино, привозил в клетке живую птицу, убивал ее, и затем готовил для хозяев блюдо из сырой воронины, превращая несъедобное в съедобное. Владелец фермы гарантировал клиентам полную санитарную безопасность: отсутствие в птицах паразитов, вирулентных бактерий и вирусов, – хоть это утешало…

Дождались, когда повар уйдет к себе.

Невозможно было понять по его неподвижному скуластому лицу, о чем он думал, когда его бесцеремонно изгоняли из столовой. Сергей Лю – так звали этого слугу. Давным-давно обрусевший китаец, говорящий по-русски лучше, чем средний москвич. Без возраста, без родни, без вредных привычек.

– Эвочка, завтра реализация, – тихо сообщила мать.

Новость! Елена как-то и сама догадалась. Алексей Алексеевич, выставленный за обедом напоказ, означал только одно.

Трудно было не догадаться.

– Меня зовут не «Эвочка».

– Ну, хорошо, Ленусик, – примирительно сказала Эвглена Теодоровна. – Позанимаешься с Борисом и поднимись, пожалуйста, в студию, приготовь там все… как обычно.

– И не «Ленусик», – сказала Елена.

– Ты чего такая колючая?

– Как Алексей Алексеевич на тебя вышел?

– ПАгода порекомендовал. Лично.

Елена успокоилась. Господин Пагода был шефом Исполнительного комитета Государственной Думы.