Бэд-трип

Несколько лет назад в день теракта кто-то мне сказал, что мама после падения была жива еще пару минут. Я подумал, что она могла видеть, как отец упал рядом с ней. Может, она даже успела ему улыбнуться, ведь он ее не бросил. Он бросил меня.

Кто-то сказал, что отец умер сразу. Конечно. Он и не пытался прыгать так, чтобы сохранить себе жизнь. Кто мне это сказал, я уже не помню. Я смотрел в одну точку и не отвечал. А теперь эти слова, как надолго запоздавшее эхо отзываются у меня в голове.

Я смотрел в одну точку целый год, нарушая спокойствие общественного порядка.

Я смотрел в одну точку, пока не пришла она. Меня несли над толпой, словно Икара с сожженными крыльями с картины Герберта Дрейпера. Мои крылья сожжены. Только меня никто не хочет оплакивать, как на той картине. Кроме нее одной. Она, будто ангел, вышла из этой толпы, никого не задев, держа в руках толстую горящую свечу на блюдце. Народ расступался перед ней, как вода перед Моисеем, сам того не понимая. Пришла она. Та, которую у меня украл этот смердящий городок. Полина. Поля. Поля присела ко мне, осветив мое лицо светом своей свечи. Поля щелкнула пальцами перед моим лицом и сказала: «Эй, хочешь, я позаимствую тебе себя и моих родителей?»

Я был не против.

Но потом город украл мою девушку, а она, будто потакая ему, ушла от меня, не сказав ни единого слова. Даже записки не оставила. Только наши фотографии на холодильнике, прижатые маленькими магнитами. Однажды меня уже бросали по телефону после нескольких месяцев отношений.

Я тогда подумал, что это очень обидно. Оказалось, что бывают обстоятельства и обидней.

Особенно, когда тебя бросают на глазах общих друзей. Никто не сказал ни слова, никто не помог возвратить ее. Она просто ушла, а все стояли рядом со мной, раздражая своим присутствием. Два парня и девушка.

Мы все учились в одном универе, кроме одной девчонки. Разные специальности. Я пошел по стопам родителей, которые, наверно, гордились бы мной. Полина на историческом факультете, девчонка из другого универа училась на врача.

Два парня были с математического и философского.

Да, в тот вечер, когда Поля бросила меня, была даже девчонка, которая училась на врача. Будущий журналист, историк, врач, будущие философ и математик. Та, которая врач. Ее зовут Лиза. Тоже стояла тогда рядом со мной, когда Полина от меня ушла. Но ни слова от Лизы я не услышал. Они были лучшими подругами. Лиза могла хоть как-то повлиять на ситуацию. Но она стояла, как вкопанная.