Бэд-трип

От нее не исходило никакой инициативы. От нее ничего не исходило, кроме вони свежевыкуренной травки. Она всего лишь будущий врач. За что ее можно винить? За то, что не оказала первую медицинскую помощь нашим с Полей отношениям? Наложить жгут повыше смертельной раны, которая была нанесена нашей с Полей любви? Сестра, скальпель. Делаем надрез. Сестра, тампон. Вырезаем опухоль. Сестра, держите скорее это огромное образование. Можете его заморозить, чтобы потом кому-нибудь вшить. Сестра, иглу с ниткой. Зашиваем разрезанное отверстие, из которого выходит энергия наших с Полиной отношений.

Ну, вот и все, операция завершена успешно. Злокачественная опухоль ликвидирована. Может, какой-нибудь врач, будь он чуть опытней, смог бы помочь, но его там не было. Лиза сделала так, как посчитала нужным. Бездействие иногда тоже называют действием.

Их всех нельзя винить. Ни будущего философа, ни математика, ни будущего врача. В том, что Полина ушла от меня, я виню только этот гребаный город. Поэтому я просто забыл о тех людях.

Я разорвал всякие с ними отношения и отчислился из универа. Я не видел никаких причин, по которым мне надо было продолжать учиться.

В конечном итоге за четыре года к чертям отправились мои родители, если верить священному писанию, к чертям я отправил всех друзей, которые умоляли меня не делать этого, а сама моя жизнь стала сплошным чистилищем на земле, когда Поля, не сказав ни единого слова, смотря на меня потухшими глазами, ушла. Те фотографии, прижатые маленькими магнитами. Они до сих пор висят на холодильнике.

3

Несколько лет назад я поступил на журфак. Несколько лет назад я захотел стать писателем. Мое желание понятно, скажете вы. Родители работали в газете, были очень начитанными людьми и привили сыну любовь к написанию текстов. Совсем нет. До смерти родителей я вообще был компьютерным задротом.

Я действительно поступил на журфак, как и мои родители. Но ничего бы не было, если бы не Полина. Я почувствовал в себе уверенность, которую она во мне пробудила и замечтался.

Каждый день я думал о том, как однажды ко мне придет крутая идея, и я начну писать книгу. Конечно, она не будет мне даваться слишком легко. Я буду мучиться периодической потерей вдохновения, ссориться с Полиной на этой почве. Буду рвать черновики, и сметать с рабочего стола канцелярские принадлежности в порывах злости. В порывах злости, которую так ненавидела Полина.

Но потом все наладится. Я продолжу свой роман с еще большей энергией, чем раньше.