Хозяин жизни

Вы же этого мальчика просто по частям собрали! Что он остался жив – это волшебство какое-то! Абсолютно точно вы теперь ему как второй отец!

Прекрасно понимаю, что сказанное ею адресовано в первую очередь гостю в качестве представления ему моей персоны.

– Спасибо, Елена Михайловна, за заботу, – беру кружку и ставлю на стол. – Однако чтобы ребёнок не только остался жив, но ещё и не стал инвалидом, с ним сейчас постоянно должен работать, – бросаю взгляд на посетителя, – доктор Иван Николаевич Серёгин.

От его терапии зависит слишком многое.

Я не случайно назвал Ваньку официально и полным именем. Пусть папаша знает!

– Уверена, что с Ваниным отношением к детям мальчик будет с нетерпением ждать каждой их встречи и в успехе можно не сомневаться, – она демонстрирует свою замечательную улыбку и выходит.

– Понимаю, почему персонал вас так обслуживает. Они объяснили, если в такой ситуации сам Александр Николаевич оперирует, то ситуация… пограничная, – странно бесстрастным тоном произносит высокопоставленный гость.

 – И сказали, вы мальчика с того света вытащили…

Не глядя на него, молча несколько раз киваю. Не могу пока отойти от пережитого в операционной, ведь реально очень испугался потерять нашего маленького пациента, о чём абсолютно честно и признался Юре. Раздавая спокойные и жёсткие команды, я постоянно старался сделать своё состояние незаметным. Это было необходимо, ведь все в бригаде должны были чувствовать мой ежесекундный контроль над ситуацией.

И опять же спасибо моему дару! Благодаря ему я видел невидимое и предвидел последствия своих действий. Как я молил Господа о помощи на всём протяжении работы у стола!

– Насчёт, как вы сказали, обслуживания, просто мои сотрудники знают, что, закончив операцию, я всегда пью крепкий кофе. А уж после сегодняшних практически двух… – и наконец делаю глоток любимого ароматного напитка. – Если хотите, могу вам тоже сварить, но здесь в своей кофеварке.

– Нет, спасибо.

Я пью только чай.

– А вот с чаем у меня никак, – и, сделав ещё один глоток, затягиваюсь сигаретой. – У нас все… кофеманы.

Не знаю, то ли я абсолютно выхолощен испытанной эмоциональной нагрузкой, то ли чего-то жду, но пока не хочу начинать разговор. Смотрю на больничный парк… Вот бы сейчас там побродить и привести себя в порядок! Снова затягиваюсь… Однако всё же надо объяснить гостю своё не совсем правильное поведение. Оборачиваюсь.