По-своему взирая

Бросать их – однозначная вина.

27

Неистово открещивался чтец

От этой Книги ложно-безобразной.

Отец их и Спасителев Отец

Отчётливо владели сутью разной.

Один искал у смертного любви,

Другой – боязни самой беспредельной;

Зиждителем – единого зови,

Другого – князем яви подземельной.

Всех отчески любило Божество.

Лукавому любимцы подпевали,

Бытуя в истребителях его.

Соседи с ними плохо вековали.

Но звали чтоб объятия лгуна,

Назвался Богом ярый сатана.

28

То счастье, что не знать ему тюрьмы

Глухое лишь укрытие судило,

К нему расположило князя тьмы,

Главой народа сделать убедило.

Оправдывать убийцу ни к чему,

Но можно без морального банкротства:

Хвала за преступление ему,

Что радует окраской благородства.

Для родственного он эгидой стал,

Однако безупречности лишился,

Вперёд о высшей доле не мечтал.

И княжий выбор ясно совершился,

Злодея дал Израилю злодей,

Святого же – Святейший, но поздней.

29

Кругом они роптали на вождя,

А дьявола не жаловали дюже,

Мистическое рабство находя

Во много раз египетского хуже.

Но чтили книги дьявольские те,

В согласии с которыми другие

Спасителя распяли на кресте,

Сожгли живыми сонмища людские.

Доказывая лютость их Отца,

Занятие досрочно бросишь это,

Поскольку не видать ему конца.

Минуя сатану, могли ли где-то

Наследники Иакова в пути

Себе благословение найти?

30

Лукавое вдохнуло существо

Своё в Десятисловие витии,

Подкладка чтоб имелась у него

Для пагубы грядущего Мессии.

Когда б они блюли галиматью,

Припало б им убить и Приснодеву,

Что ровную забыла колею,

Что вряд ли смела радоваться чреву.

Лелея зоркость ока своего,

Готовил искуситель это горе,

Но сбился, слава Богу, план его.

Писание же слёз исторгло море,

В нём острая сквозила маета

Для мира, для Марии, для Христа.

31

Хозяином имея Божество,

Вполне принадлежа к Его народу,

Посланника восславили б Его —

Распяли же лукавому в угоду.

Глаза превратней стали неспроста,

Бесчувствие сердца завоевало —

По воле, что от века нечиста,

Никак иначе в мире не бывало.