Российский колокол № 5–6 (41) 2023

Они в окне, в небе, в сердце.

Война. Война отнимает жизни и с кровью, и без крови. Кто подсчитает количество умерших от шока, от стресса, от боли? Кто ведет эту статистику? Кто скажет: «Стоп. Довольно. Это сон. Всем проснуться!»

Галинка уже не проснётся. Мы каждый день слышим о погибших. Мы знаем, сколько человек ранено. Мы не знаем, что каждый день по коридорам больниц громыхают старые каталки. И вдруг услышишь: «Ты почему головой вперед везёшь? Нельзя! За собой ещё потянет. Быстро повернули каталку!»

Владимир Крупин

Владимир Николаевич Крупин – русский советский писатель, педагог и публицист – родился 7 сентября 1941 года в пгт Кильмезь Кировской области.

Один из представителей «деревенской прозы». Пишет на православную тему. Главный редактор журнала «Москва» (1990–1992). Главный редактор христианского журнала «Благодатный огонь» (1998–2003). Лауреат Патриаршей литературной премии (2011).

Почётный гражданин Кировской области (2016).

Игра в «военку»

В Великую Отечественную войну моё поколение входило в возрасте младенцев. Война началась, а мы рождались. Война шла, а мы росли. И Победу помним. И горе, и крики вдов и матерей, и сирот.

И наши игры, которые были, конечно, все военными. Раздавался клич: «Айда в военку играть!» И собирались моментально. В этих играх были и «наши», и «немцы». Бросали монетку, кому кем быть. Делились по-честному. Разбивались на пары, отходили в сторону, договаривались, кто кем будет, подходили к «маткам», «водям».

– Матки, матки, чьи помадки?

Называли на выбор два предмета: буран или вьюга, трава или сено, лыко или мочало, куль или мешок и тому подобное. «Води» по очереди выбирали. Так создавались команды. Конечно, друзьям хотелось быть в одной команде и они, чтобы не попасть в разные, не сговаривались, старались шепнуть своему командиру свой «позывной», кем он назовётся: сосной или берёзой.

После делёжки силы уравновешивались, то есть в команду, куда собирался народ поплоше, выталкивали в виде довеска одного-двух из резерва, который крутился тут же.

Никто из резерва не оставался без дела, он шпионил в пользу «своей» команды.

Играли всегда в живописнейших местах: лесные опушки, речные обрывы, луга. Чаще в логе, берега которого были в лопухах и кустарниках. Внизу ручей. Берега над ним то глинистые, то каменистые, то песчаные. То ельник, то вереск, то пихта.