Улыбнись, любимая!

Запыхавшись, еле добираюсь до санатория «Роза ветров», расположенного на другой стороне улицы. Протягиваю визитку женщине на ресепшене.

– Мне нужна эта женщина. Да, нужна Ольга Ивановна. В какой комнате она живет?

– Она уехала. В аэропорт. Комнату сдала. Друзья увезли.

– Когда уехала? Почему уехала? – кричу я.

Женщина на ресепшене злится.

– Только что уехала. У нее закончился курс лечения. Вот и уехала!

Мгновенно обессилев, бреду к выходу. Выхожу на большую дорогу. Останавливаю такси, еду в аэропорт.

«Да, она же говорила, что сегодня уезжает…» Прошу водителя ехать быстрее, умоляю, угрожаю. Раз за разом набираю номер телефона, указанный в визитке. Выключен. Прошу бога помочь найти эту проклятую женщину, Ольгу.

Такси останавливается на автопарковке аэропорта. Машин не счесть! Выйдя из машины, озираюсь, бегу к зданию аэропорта. На контроле меня не пропускают. Тысяча чертей, забыл взять паспорт. Не могу стоять на месте, как угорелый смотрю по сторонам. Готов заплакать от обиды. В этот момент в окружении двух амбалов появляется она, Ольга, та самая, красивая, с обалденной фигурой, которую я повстречал утром.

Она идет со стороны парковки прямо в мою сторону. Я, в полуобморочном состоянии, иду навстречу ей. Она, увидев меня, улыбается. Стараюсь взять себя в руки.

– Бумажник… тот бумажник, – говорю все еще улыбающейся Ольге.

Улыбка моментально исчезла с лица Ольги. Губы задрожали, резко отвернувшись, она уходит. Один из двух амбалов, тот, что с бородой, загораживает мне дорогу.

– Ольга – наша гостья. Что у тебя к ней? – говорит он грубо, со своеобразным кавказским акцентом.

– Ничего, – я подавлен.

Ольга уехала. Бумажник абзи тоже уехал. Разбитый, я возращаюсь на место парковки.

– Ну как? – спрашивает водитель такси, который меня привез.

– Все хорошо, – отвечаю.

– Возвращаемся обратно? – водитель включает скорость.

– Теперь можете не спешить. Некуда торопиться. И зачем теперь торопиться?

Покачиваясь, вхожу во двор санатория. Утренний полный дядя теперь сам машет мне.

Я прикинулся, что не увидел. Не решаюсь войти в комнату, долго стою перед дверью. Из комнаты слышен голос абзи – он тихо напевает какую-то грустную татарскую песню. Погруженный в печальные думы, открываю дверь. Абзи сразу смолк.

– Где ходите?

Не могу смотреть ему в глаза.

– Простите. Ваш бумажник пропал, – едва слышно произношу я.

– Куда пропал? Я его нашел. Он был за диваном, негодник…

Я чуть не упал. Абзи поддержал.