Король темных земель

Девчонки лежали в комнате на полу, будто на поле боя: кто в спальном мешке, кто просто на расстеленном одеяле. Для меня места не оказалось, хозяйка давно спала, не у кого было попросить даже подушку.

Я вернулась на веранду, поежилась: в городе так темно не бывает. Неподалеку тоскливо завыли псы. Тишина давила на меня, привыкшую к городским звукам: звону трамваев, гудкам поездов, липкому шороху автомобилей. Не выдержав одиночества, я полезла в палатку.

– Подвиньтесь, я с вами.

Парни еще не спали.

Гришка забурчал, что места мало и его отодвинули к стенке.

– Мне негде спать, – умоляюще прошептала я.

– Да ладно тебе, Гриш, пусть останется, – сжалился Сашка. – Ложись посередине, с краю прохладно.

Гришка повернулся ко мне спиной. Ну и пусть дуется дальше, мне всё равно. Я таяла от благодарности к Сашке. У нас не было ни подушки, ни одеяла, только полусдутый матрас – но мне ничего не было нужно, кроме него рядом. Походная жизнь мне знакома: в детстве мы с Володей и мамой, заядлыми рыбаками, объездили каждую реку в нашем холодном краю.

– Ты заметила, как за городом много звезд? – спросил Сашка, а я кивнула. Он был так близко, что я чувствовала его теплое дыхание с ароматом мятной жвачки. – Но это ерунда, помнишь, Гриш, как мы ходили к Каныму? Ты там еще пьяный со склона свалился.

– Угу, – промычал Гришка, не обернувшись.

– Представь, никакого жилья на километры вокруг и такое небо, какого ты в жизни не видела.

– Я бы очень хотела на него посмотреть.

– Приходи к нам в клуб, девчонок у нас не хватает.

– Вы там познакомились?

– Да. И объездили автостопом всю область.

Я готова была слушать его истории всю ночь напролет, забыв обо сне, о том, что завтра предстоит непростой путь домой на гремящем автобусе. Да что там, я готова была тут же взять свои вещи в охапку, поймать с ним попутку и уехать туда, где звезд столько, что и солнца не надо.

2

Наверное, я заснула – а, может, провалялась всю ночь в полудреме, греясь между двух спин, совершенно счастливая.

Мы невинно пролежали всю ночь бок о бок, как дети, – и всё же, когда я выбралась из палатки на солнце, наткнулась на недоуменные взгляды. Даже Дикая смотрела с немым вопросом. Я не стала оправдываться: пусть ломают головы над тем, что было, а чего не было. Ореол тайны, словно вызывающий бесстыдный наряд, выделял меня из толпы.