Коммунальная квартира. Новеллы коммунального быта

Вскочив на ноги, он кинулся было к лесенке, но Васька схватил шест и дико заорал: «Голову проломлю!»

Немного постояв и поматерившись, Федька стал ретироваться. Васька поймал турмана, бросил его вверх и крикнул Кривому: «Лови свою птюху! Мне твоих денег не надо!»

Теперь Лешка вместе с Васькой кормил, поил глубей, поднимал их в небо, чистил голубятню и чувствовал себя счастливым огольцом. Когда Васькин брат, отслужив службу, вернулся домой, он свою стаю получил в целости и сохранности. В знак благодарности за помощь он одарил Лешку большим куском торта.

В наше время на Петроградской нет голубятен. Да много чего нет. Нет уличных торговок сладостями, мороженным, газированной водой, соками в розлив. Нет пивных ларьков, где из бочек наливали настоящее пиво. Нет (почти) продуктовых магазинов.

Раньше-то на площадь Льва Толстого выходило два Гастронома, рыбный магазин, магазин «Мясо», зеленной магазин. Сейчас же ничего этого нет. Вместо продовольствия торгуют там кожей, калькуляторами, одеждой и т.

 п.

И самое главное: нет на Петроградской доброжелательной, неспешливой ленинградской публики. Что-то скучновато стало на Петроградской.

На площадь Льва Толстого

С окрестных крыш и шпилей

Слетались утром голуби, простые сизари.

Старушки и детишки

Красивых птиц любили

Бросали на асфальт сырой пшено и сухари.

Решили в кабинетах:

От птиц лишь грязь и мусор.

Разносят эти голуби заразу средь людей.

И мальчики в штиблетах

Рассыпали приманку

И отравили разом красивых сизарей.

(Однако, чище на Петроградской не стало)

аннЕНСКАЯ МЕДАЛЬ

Облупилась прежняя респектабельность

Если отворишь массивную дверь из морёного дуба с шестигранным окошком для швейцара и войдешь внутрь, то окажешься в монументальной парадной с широкой лестницей, ограниченной массивными черными перилами, поддерживаемыми такими же массивными балясинами.

Стены парадной впечатляли. Желтого цвета, выполненные под мрамор, они в центре имели цветную мозаику, изображавшую вазу с цветами, обрамлённую лавровыми ветками.

Тянулись эти стены до самого пятого этажа. Снизу они имели метровый бордюр, представлявший собой прямоугольный орнамент, выложенный из мраморов разных расцветок. Ну, и высоко рельефная лепнина, и широкие окна, снабженные бронзовыми рукоятками. и устройства для крепления ковровой дорожки.

Ковровой дорожки конечно же не было. Она пропала в революционные годы. А швейцариха сохранилась.