Незримое звено. Избранные стихотворения и поэмы

Дело наше нехитро:

темное осталось темным,

светлое всегда добро,

а вот жил и вот не помню.

Я стою посередине,

зеленею весь в слезах.

Что осталось в поездах?

Я не помню – ты невинен.

Все я выжал из того,

что намеком-экивоком

можно выдать за тавро

в размышлении глубоком.

13.

Балдеж, кто понимает. Подрастая, мы

становимся похожи на верблюда,

и съеденное в детстве блюдо

всё прыщет соками в умы.

О, произвольный выворот горба

налево и направо и налево!

Гуляй туда-сюда краюха хлеба,

двоюродная спелая сестра.

Бабуля, ах, бабуля, ах, бабуля,

ну, неужели так уж никуда?

Я жить хочу, меняя города,

а ты висишь луной на карауле.

Любая блажь доказывает лишь,

что я не самозванец, я мол здешний.

Рванусь, а ты уже поспешно

и наплывешь и тусклая стоишь.

Скажи, но если имя – это имя,

а мы лишь удержаться не сумели,

а важно то, что есть на самом деле,

как жить мне, если я не с ними?

Но ты мне говоришь, что «есть» не только, что

не «что», но даже не ярлык,

а этот звук и тот клеймёный бык —

пустое решето и решето.

14.

Не может быть сомнений:

я умер для тебя.

Зачем же в снах весенних

мне о тебе трубят?

Зачем тела прошедшие

слагаются в слова,

идущие про женщину

знакомую едва?

Зачем всё собирается

и, скручиваясь в нить,

старается, петляя,

тебя одну избыть?

Ведь я подвластен времени,

и в зимних поездах

я видел белой темени

планирующий прах.

Казалось, отвязалось

и кубарем стремглав

под насыпь проплясало

из сердца да из глаз.

Зачем же, не тоскуя,

вхожу в небывший миг,

где вечность поцелуя

слетает на язык?

15.

За то, что день настолько мил,

за то, что ночь полна

наружу вылезших светил

нам на глаза со дна,

с такого дна, которое

не выщупать – смешно,

что мы войдем в историю,

упав на это дно —

так вот за то, что есть еще

возможность не влипать,

уже объявленный щелчок

попридержи опять,

дай право жить и право быть

счастливым собеседником

и не пиши меня в рабы

ни первым, ни последним.

Вести себя как господин,

вообще пристало ль Богу?

Мне, кажется, что я один

и не спешу как блудный сын

в обратную дорогу.

16.

Не дли трагический надрыв,

не обольщайся рваным краем,

душа моя, сопи, играя,

попрыгивая через рвы.