Незримое звено. Избранные стихотворения и поэмы

А эта

прикатила взяла его тело,

пока та лежала, из Ялты и все документы свистнула.

Господи, какая мука!

Господи, какая боль!

Наши цепкие подруги —

нет – и сразу входят в роль.

Это ж надо, Юра, Юра

денег в 3АГС не заплатил

штамп на паспорт не поставил.

Гале не ваять скульптуру,

пенсии ей не дадут,

Ялта, улица, минут —

а – А! – и лети себе, лети

ясным солнышком в чертоги,

а вокруг сады леса.

Люди, люди будьте боги

и чурайтесь колеса,

колеса судьбы и кармы

вы не бойтесь – благодать

все смывает даром, даром

даром же, ебена мать.

Как под этим страшным небом

веселится наш оркестр!

Мы живем отнюдь не хлебом,

с умилением на крест

глядя, прославляя, лая

от избытка сладких чувств.

Мы живем надеждой рая,

целованьем Божьих уст.

Широка и неприступна

православная страна,

Иоанн-пресвитер мудро

скажет кто кому жена,

на гобое, на фаготе

забезумствуют хлысты,

мы построенные в роты

одесную на излете

понесем свои кресты.

А на всякое на лихо,

на недуги, на болезнь

– Свете тихий, Свете тихий,—

хоровая наша песнь.

«Как сатир, подверженный опале…»

Как сатир, подверженный опале,

покидает весь в слезах леса родные,

отстраняя плачущую нимфу,

удаляясь, удаляясь как в тумане

угрюмоветренное небо, ложнозначительный покой

нам в души гроздьями попадали

одна твоя рука отныне

внизу в ногах моих шаманит,

а ты во рту моем – рекой

козлоногие, ну что мы натворили?

нас не выгнал Пан, не крик застал в тумане

только нимфа обернется на прощанье

изгибаясь, раздвигая круглой попки крылья

«Я не жизнь свою похерил…»

Я не жизнь свою похерил —

я себе построил дом

кособокий, перепрели

загодя все доски в нем.

Тесом крыл, а дождик взял.

Жизнью жил, а хоть не умер,

слаб и не путем пискляв

что долдоню среди сумерек?

На ночь глядя, на ночь глядя

успокоиться пора.

Сядешь чай пить – девки-бляди

сами прыснут со двора.

Будешь чай пить, не толкуя

не о том, не о другом,

и кукушка накукует

новой жизни в старый дом.

Как заморский попугай

с жердочки я стану вякать,

стану вякать и играть,

стану какать в эту слякоть.