Коломбине дозволено все

И что же она увидела в результате?

Женщину она увидела! Совладелицу своего инициала «Л»! Женщину, подбегающую к Кологриву и целующую его в щеку посреди улицы.

Оправдать человека, взвывшего при посторонних, может только великое изумление. В кологривской даме Лариса узнала Людмилу!

Все стало ясно.

Куча фактов, которым Лариса не придавала особого значения, сплелась в цепь, вроде тех чугунных цепей, которые встречаются в качестве декоративного элемента на улицах Старого города.

Смотреть вслед уходящим Людмиле и Кологриву не стоило – во избежание истерики.

Но от быстрой ходьбы в голове у нее наступило некоторое прояснение, она сбавила темп и с удивлением обнаружила, что оказалась в аллее парка. Видимо, сгоряча она проскочила мимо своей автобусной остановки и двинулась домой пешком.

Впрочем, спешить все равно было незачем.

К вечеру в парке стало безлюдно. Голые деревья и кусты просвечивали насквозь. И впечатление от них было на редкость удручающее.

Вдруг Ларисе бросилось в глаза что-то яркое и – совсем близко. Она остановилась, пригляделась и решила, что это ожерелье из красных шариков, надетое неизвестной растяпой на торчащую ветку. Лариса подошла поближе и попятилась. Наваждение – вот что это было, именно наваждение, потому что – откуда в апреле возьмется на ветке ожерелье из алых плодов шиповника, совершенно свежих, глянцевитых, без единой морщинки?

Но как Лариса ни трясла головой – оно продолжало качаться на ветру, нарядное, праздничное, С темно-зелеными хвостиками.

Ладно, решила Лариса, от подарков судьбы не отказываются. Она решительно сняла ожерелье с ветки и бросила его в сумку.

По дороге домой ее смятение временно притихло, как будто душевный кавардак по случаю кологривских шашней и изумление по случаю ожерелья взаимно нейтрализовали друг друга.

Последняя вспышка произошла дома – когда Лариса догадалась посмотреть, что же вручил ей Кологрив.

В газету был завернут рублевый вафельный торт.

Лариса совершенно спокойно открыла окно и вышвырнула его в темноту – может статься, и на чью-то голову.

Очень нехорошими словами помянула она в эту минуту Людмилу. И ладно бы Людмила еще была красавицей! Волосы серые – без краски не обойтись, глаза маленькие – по часу гримирует. А Лариса?…

Охваченная внезапным сомнением, Лариса прыгнула в ванную, к большому зеркалу.