Казнь египетская

Несмотря на все это, не прошло и трех минут, а он уже спал глубоким сном. Рамзесу было всего только двадцать два года!

Ри-Горус, оставшись один, медленно сделал два круга, обошел вокруг пилона и, наконец, прислонился к столбу из белого камня, верхушка которого была украшена солнечными часами.

Он устремил пытливые взоры к небу, оно кишело массой звезд. Тысячи серебряных лампочек сияли на этом огромном куполе. Он знал, что каждая лампочка прикреплена к железному потолку и предназначена освещать пять подвижных звезд.

Звезды эти влияли на судьбу людей своими четырьмя фазами. В продолжение многих столетий на берегу этого самого Нила тысячи несчастных людей вопрошали их о своей судьбе.

Ри-Горус знал эти светила и каждую приветствовал по имени:

– О огненные корабли! Вы плывете по прозрачной небесной реке, освещенные сиянием Сириуса! О корабли! На каждом из вас плывет один из пяти богов! Помогите мне! Сначала ты, Горус-путеводитель! И ты, Горус-производитель, второй по величине, и ты, Горус красный, с окровавленным взором.

И ты, Сукху. Наконец, и ты, богиня Бону, первая появляющаяся на ночном небосклоне. Вот уже сорок лет, как я изучаю судьбы людей. Увы, я понимаю столько же, сколько понимал и в первый день, когда начал изучать написанное вами в пространстве. Простите же меня, о боги, если я сомневаюсь в вас в минуты отчаяния, когда начинаю думать, что вы равнодушны ко всем земным страданиям.

Старик замолк, пораженный тем, что он осмелился только что выразить.

Но небесный свод все так же сверкал. Тогда старик закричал изо всей силы:

– О боги, если я богохульствовал, то дайте мне знамение в знак вашего гнева!

Но пять вопрошаемых звезд были все так же неподвижны. Тогда он закричал еще громче. Казалось, грудь его разрывается на части.

– На что нужен бог, который не заботится о человеке? Я вас отрицаю и ненавижу и не согну перед вами колен до тех пор, пока тысяча небесных лампочек не упадет на мои плечи в виде огненного дождя.

Ри-Горус, утомленный, опустился на террасу. Он вынул из-за пазухи небольшую статуэтку из голубой эмали, изображающую бога Амона Фиванского. Старый жрец с нежностью созерцал этот лик, и слезы текли из его глаз.

– О мой обожаемый господин! Ты видишь, ночные боги не являются хотя бы из уважения к тебе. Может быть, они так же ревнивы, как люди! О покровитель Фив! Защити свои статуи и богатства. Не отдавай твой город в руки неверующего царя.