Обитель Разума

Ему не терпелось узнать, что в нем, и он боялся, как бы ему не запретили это сделать. В ящичке же заключалось нечто важное, юноша в этом не сомневался.

Но старший больше ничего не сказал, лишь укоризненно покачал головой. Григорий откинул крышку.

Внутри был пистолет и плоская квадратная коробочка.

Пистолет больше заинтересовал Григория. Он взял его и стал рассматривать, чувствуя себя центром всеобщего внимания – все вокруг него столпились. Оружие нисколько не пострадало от долгого пребывания в тайнике.

Оно было столь же тяжёлым, чёрным, матово поблескивающим и готовым убивать, как и больше ста лет назад, когда Анатолий положил его сюда.

Летающая машина была уже совсем близко, и двое наверху, пока никем не замеченные, тоже смотрели на оружие, на деревянный чемоданчик и пластмассовую коробочку. Ни они, ни кто-либо из столпившихся на земле не произнесли ни слова. Всех словно заворожила эта необычная находка.

Только один человек никакого интереса к ящичку не проявил. То был сумасшедший.

Он вообще сегодня вел себя странно, словно его психическое состояние ухудшилось со вчерашнего дня. Работать он бросил совершенно, бесцельно бродил по вырубке, оживленно жестикулируя и гримасничая. Рубщики все утро искоса поглядывали на сумасшедшего, опасаясь, как бы чего не выкинул. Инструменты у него забрали.

Но именно сейчас, на какое-то короткое время, все про него забыли, и вспомнили лишь тогда, когда раздался дикий крик, сопровождаемый грохотом падающего дерева.

Дуб, уже подпиленный, стоял в отдалении. Позднее так и не смогли вспомнить, по чьему недосмотру его не свалили сразу. Он стоял так день, а может быть, и дольше, и вот наконец рухнул, придавив человека своей тяжестью.

С помощью экскаватора его удалось довольно быстро вытащить. Сумасшедший бился и хрипел. Изо рта текла кровь.

Люди бессильно смотрели на него. Помочь они не могли.

И тут, наконец, прозвучал голос с небес.

– Кладите его в машину.

Голос был властным и звучным.

Аэромобиль Тарцини повис на высоте нескольких сантиметров над землей. Впрочем ни хозяин, ни Марк Амелин, не слишком довольный таким поворотом событий, оттуда не вышли.

– Сиденье испачкается, – брякнул Андрей.

Тарцини обратил на дерзкого тяжёлый взор, и юноша, стоявший рядом, почти задохнулся от волнения.

– Ну, это не твоя забота. Действуйте.

Сумасшедшего стали неловко укладывать на заднее сиденье. Все суетились и мешали друг другу.