Мы

Однажды она даже притащила меня на собрание этой секты флористов. Обстановка там мне сразу не понравилась: слишком много экзальтации, лозунгов «зажигать энергию». В целом напоминало собрание первичной комсомольской ячейки и Свидетелей Иеговы[1 - Экстремистская организация, запрещенная на территории РФ] одновременно.

– Начните бизнес с нами! – убеждал главный «гербалайфер», беспокойный мужчина с глазами позднего Геббельса. – Не упустите шанс стать обеспеченным человеком!

Я вежливо улыбался, сдерживая желание дать ему в морду.

Главарь убил ещё несколько минут, рассказывая про современные технологии отъема денег. Затем заткнулся, очевидно, потеряв ко мне интерес. Подруга метнула в меня осуждающий взгляд, но настаивать не стала.

Я стал воспринимать эпизод как маленькое забавное приключение. Понемногу вживался в совместный быт и постепенно смирялся, что вечерами нужно приходить домой, а не в пивбар. И даже ловил себя на робко прорастающей мысли: «А может, того… жениться?»

Однажды я застал её в слезах.

Кое-как успокоил. При подробном допросе оказалось, что банда космических флористов не так уж безобидна, как мне думалось. Договор оказался составлен таким образом, что подруга была обязана выкупить товар: чёртову уйму баночек, до отказа набитых лекарственным зельем. И стоили эти баночки невероятно дорого. А правила между тем просты: не успел продать – изволь выкупить. И теперь флористы на вполне законных основаниях требовали приличную сумму.

– Не плачь! – сказал я.

 – Я поговорю с этими ботаниками. Думаю, что сумею уладить вопрос.

Любимая просияла. И очень-очень нежно меня поцеловала. Расчувствовавшись, ответно я сделал всё от меня зависящее, чтобы она уснула. А затем украдкой рассмотрел товар, имевший столь дикую стоимость, и даже понюхал: содержимое пахло больницей и неприятностями. Вздохнув, отложил банки в сторону. В то время я уже немного разбирался в бизнесе и мог сказать совершенно определенно: продать эту бурду было невозможно.

На следующий день от сектантов пришёл гонец. Я встретил его недружелюбно. А чтобы соблюсти дух царившего тогда времени, нацепил кобуру с газовым пистолетом. Ствол выглядел устрашающе: блестящий, внушительного калибра и вообще огромный, почти как у Чака Норриса в каком-нибудь из его боевиков.

От гонца сильно пахло пивом. Он выглядел старше, был небрит и совершенно не походил на финансиста. Скорее, на обычного дворового забулдыгу.