Is Интернета. Повесть и рассказы

Он вспоминал истории, собранные другими серферами для Парасети, про людей, которые оказались на каком-то корабле во льдах и вынуждены были варить резину, непригодную для пищи. Иртыш тогда в первый раз заплакал. Потом, когда брикет все-таки появился, он не корил себя за проявленное малодушие. В прежние времена в еде было больше полезных веществ и, вероятно, люди были более стойкими. Не факт, конечно, что все было так же вкусно, как брикет… Своими размышлениями Иртыш поделился с Ирмой в переписке, мол, создатели их Ковчега сильно сэкономили на питании будущих обитателей.

Но ведь питание есть – и это здорово.

– Песко, голод – это страшно. Я без еды был два дня, мог умереть.

– Значит, ты накосячил, на взгляд «Веры».

– Что это значит, Песко?

Песко говорил и писал иногда так, что жители Ковчега его не понимали. Вот уж действительно, даже если прежнего мира нет, его язык, все равно, живет, пока жив последний носитель – седой и, как оказалось, прикладывающийся к бутылке даже там, где это сделать невозможно.

– Накосячил – значит, провинился, нарушил правила.

– Но меня никто не предупредил, что еда пропадет… Я думал, мы все вместе голодаем! Разве это «Вера» сделала?

– А как она тебя предупредит, если вообще не хочет, чтобы говорили о проблемах и тайнах… Молчать гораздо проще, чем решать. Может быть, поэтому старый мир слетел с катушек. Очень не вовремя кто-то замолчал.

Иртышу стало не по себе. Он никогда не чувствовал такого. Это было не просто разочарование, а что-то более глубокое, и при этом очень осязаемое.

Начиналось под солнечным сплетением и цеплялось за позвонок где-то за сердцем. К горлу подкатил комок, а голос стал неконтролируемо высоким:

– Это потому, что я подумал про Ковчег плохо. – Из глаз Иртыша потекли слезы, на этот раз не от бессилия, а от обиды на себя и за себя.

– Что ты тут воду разводишь? Первый раз предали? С дебютом! – Песко опять достал из-под стола бутылку и сделал сразу несколько глотков.

 – Не надо на «Веру» обижаться, она даже не человек. Она алгоритм. А мы – люди, у которых в природе заложено обманывать всех в этом мире. Других людей, законы физики, а теперь еще и машины. И, поверь, в прежнем мире успеха добивались только самые искусные притворщики. А вот честные и твердолобые жили плохо. Ну, или мало. Так что, утрись, мы же хотели поговорить о Боге. С днем рождения меня! – старик отсалютовал бутылкой. – Давай поговорим.

Глава 3.