Все дело в попугае

Спустя год этого безмолвного обожания Рита решилась пригласить его танцевать на школьном вечере, но во время танца не сказала ему ни слова. Спустя еще полгода одноклассница Костика, красавица Линка, потрясенная риткиным постоянством, о котором ей поведали сердобольные общие знакомые, дала Костику риткин телефон, чтобы он позвонил. Ритку предупредили, и она сутки просидела в обнимку с телефоном. Спустя день оказалось, что в номер телефона вкралась ошибка. Тут начались каникулы, и момент был упущен безвозвратно.

У Ритки дома, под стеклом на ее учебном столе, жили две фотографии, неизвестно как ею добытые.

С одной сердито смотрел тринадцатилетний, еще в пионерском галстуке, мальчик Костя. Другая представляла из себя обыкновенное общее фото костиного восьмого «А». Костик стоял крайним во втором ряду сверху. Ритка так часто смотрела на эту фотографию, что почти выучила ее наизусть. В самой середине, над головой классной руководительницы, вполоборота друг к другу, смеялись красавица Линка и комсорг Алеша Трошкин. Иногда Ритка делала кружок из большого и указательного пальцев и заключала этих двоих в рамочку, отрезая от соседей…

Спустя ровно год после встречи в школьном коридоре Ритка написала первое в жизни лирическое стихотворение. И долго еще все ее стихи несли это наивное посвящение: «В. К.».

Мальчик Костя, рожденный в начале июня под покровительством камня хризопраза, который и дал цвет его глазам, ничего этого так никогда и не узнал. Он недобрал баллов в Политехнический институт, ушел в армию, а потом осел где-то в Сибири.

Позднее приезжал в город, но ни со школьным своим другом Алешей Трошкиным, ни с красавицей Линкой Костя больше никогда не встретился.

Мичман Трошкин остался в 1989 году в холодном северном море, в мертвой подводной лодке. Он вытащил из огня 8 человек и сгорел, пытаясь спасти девятого.

Что же касается костиной одноклассницы Линки, то через год после гибели Алеши она бесследно исчезла, и ее больше никто никогда не видел. И то сказать, все же мало кто забредает в далекие северные монастыри.

Большинство тех, кто был знаком с веселой и шумной Линкой, было бы потрясено, узнай они о ее выборе. Но не Рита. Рита подозревала что-то такое, и даже не стала бы ее отговаривать. Тайное знание, фотография в рамочке из пальцев, может быть, уже тяготило ее. Но деваться от него было некуда.

XIV

– Вот история с очередной противофазой, но тут и еще некоторые весьма тревожные наблюдения.