Шах вам, королева!

Он перелистнул страницу и, закинув в рот кусочек хлеба, снова углубился в чтение.

Юлька улыбнулась под сочувствующими взглядами гостей и ехидно прищурилась, сверля глазами напрягшуюся племянницу:

– Я смотрю, тебя серьезно озаботил вопрос повышения рождаемости, деточка! Кстати, как зовут того великовозрастного юношу, который сегодня заходил к нам в гости?

Судя по Альбининому личику, вопрос ей не понравился. Возмущенно фыркнув, она вылетела из-за стола с криком «дура!».

– А что за юноша? – заинтересовалась бабушка.

Вопреки ожиданиям племянницы, шумно сопевшей за дверью, Юлька не стала их закладывать. Она лишь пожала плечами и равнодушно сообщила, что Аля болтала с каким-то мальчиком.

– Вам надо повнимательнее за ней смотреть, а то принесет сюрприз в подоле, – не удержалась от маленькой мести блондинка. – Не по годам развитая девочка. А местные парни очень бойкие!

– Да она ребенок еще! – возмутилась Елена, уловившая лишь окончание диалога.

Евгения Михайловна поджала губы, сигнализируя дочери глазами. Юлька от души развлекалась. Чинный ужин в благородном семействе.

– Зато какой продвинутый, – процедила блондинка.

– Да уж. Мы в их годы вели себя тише, – заметила Юля.

Но бдительная Альбина, душа которой требовала реванша, опять ввинтилась за стол и заявила:

– Неизвестно, чем ты занималась до Димы! Небось намыкалась по углам, а потом нарвалась на городского с пропиской и завалила его.

А нашему шахматисту много ли надо?

В том, что девчонка пересказывает услышанное от родителей, Юлька не сомневалась. У этой малявки ума бы не хватило до такого самой додуматься. Интересно, однако, складывался вечер.

– Шахматы – это вещь, – подал голос Митя и зашуршал журналом.

– Альбина, иди к себе, – прошипела бабушка.

Маменька юной умницы в очередной раз сидела с трубкой у уха и пыталась дозвониться до Кости, рассеянно улыбаясь собравшимся.

– Он зарабатывает, а Юлька дома сидит, у него на шее, – торопливо поведала гостям Аля, пока Евгения Михайловна хищно пробиралась к ней. – Не работает, только деньги сосет. А врет, что стихи пишет. Книжек-то в магазинах нет.

Хамство маленькой негодяйки превысило все границы. Если бы это был Юлькин ребенок, девица вообще не сидела бы со взрослыми и не метелила языком что ни попадя. Но воспитывать чужую дочь она не собиралась.