Избранное. Стихи, поэмы, переводы

11

Превеликая скорбь на Рязанскую землю сошла:

Ни пастух, ни оратай в полях не кричали забытых,

Только граяли вороны, мертвые чуя тела,

Да еще куковали кукушки, считая убитых.

Этот грай было страшно и жалостно слышать во мгле.

Вековые деревья печаль преклоняла к земле.

12

Эти песни, что птицы поют,

Так похожи на плачи и стоны.

По убитым в далеком краю

Голосят воеводские жены.

Воеводы Микулы жена,

Причитает Мария в печали,

Причитает с зарею она

На Москве, на высоком забрале:

«Ты течешь в Половецкой земле,

Точишь камни, донская стремнина.

Ты волною ко мне прилелей,

Прилелей моего господина».

И встречает рассвет над рекой

Тимофея жена молодая,

На отвесной стене крепостной

Причитает Федосья, рыдая:

«Скрылась радость из славной Москвы,

Улетела из нашего края.

Я уже не увижу живым

Никогда моего государя».

На Москве городская стена

Поутру и грустна, и уныла.

Плачут Марья, Андрея жена,

И Аксинья, жена Михаила:

«Свет померк и для нас – из полей

Донеслись полонянные вести:

Ссели молодцы в поле с коней,

Полегли на погибельном месте».

13

Уже Диво ликует под звоны татарских мечей,

Под предсмертные стоны израненных русских князей.

14

Нет, не щуры поют над рекой

Эти песни тоски и печали.

На Коломне, с воскресной зарей

Плачут жены на древнем забрале:

«О, Москва, ты быстра и светла,

Ты и к морю течешь напрямую.

Но зачем ты мужей унесла

В Половецкую землю чужую?

Князь, ты можешь веслом заградить

Быстрый Дон и в бою вероломном

Мечу мертвым врагом запрудить

Или вычерпать Днепр шеломом?

Так замкни ты ворота Оке,

Чтоб поганые к нам не ходили,

А то наших мужей вдалеке

Эти рати уже утрудили!»

15

И тогда князь Владимир Андреевич вздыбил коня

И помчался вперед, золоченым шеломом сверкая.

Свое сердце неистовой яростью воспламеня,

В битву ринулся он, за собой храбрецов увлекая.

Крикнул брату Владимир: «Князь Дмитрий! В тяжелые дни

Для великой Руси ты оплот и защита стальная.

Бей врагов неустанно – уже наступают они!

Еле движутся кони, в кровавую топь увязая:

Так страшны и жестоки потери у русских полков.

Уже жалостно видеть кругом христианскую кровь».

И воскликнул князь Дмитрий: «Бояре и дети бояр!

Это вам не хмелящие меды пивать по уделам.