Пятый угол

Дети перебрасывали друг другу тяжёлый предмет – размером с мяч, но неправильной формы – и напевали: «Мы убили волка, мы убили волка». Потом появилась мать и шикнула на детей, прогоняя с поляны. Дети бросили предмет на землю и с визгом убежали в ночь. Женщина пристально посмотрела на сидящую под деревом Катю и чётко произнесла: «Уходи!», и тут же у девушки в голове появился навязчивый голос. «Уходи! Уходи! Уходи!» – с присвистом шептали чьи-то влажные холодные губы, касаясь самого уха. Катя не отрываясь смотрела на женщину – та медленно пошла вдоль поляны, наклонилась, подняла брошенный детьми предмет и положила в свою корзинку.

В какой-то момент Кате показалось, что это была волчья голова.

«Уходи! Уходи!» – не прекращался мерзкий шёпот. Говоривший уже не просто касался губами, а облизывал своим холодным языком ухо Кати. Девушка встрепенулась, широко раскрыв глаза.

«Уходи! Уходи!» – звучало в её голове. И когда кто-то снова коснулся её щеки холодным и влажным ртом, девушка вскрикнула от испуга и отпрянула в противоположную сторону.

Вскочив, она хотела побежать, но, зацепившись ногой о стоящую на пути корзину с грибами, растянулась на мокрой земле и беспомощно завыла, касаясь щекой холодного мха. Платок сбился, и дождь капал на лицо. Больше ничего не происходило, никого рядом не было. Придя в себя, Катя несмело поднялась на четвереньки и подползла к дереву. Перед ней была тонкая ветка с единственным листком, который трепал ветер. Именно этот мокрый листик касался Катиного уха, и спросонья девушка приняла его за чьи-то холодные губы. Поляны перед ней никакой не было, как и лунного света. Небо было беспроглядным от низких дождевых туч. А дети, игравшие волчьей головой, оказались лишь сном. Катя вновь уселась на прежнее место, предварительно отломив и отбросив подальше ветку с листком. Сунув наушник в одно ухо, она включила плеер и до рассвета больше не сомкнула глаз.

Когда стало светать и в сером воздухе можно было различить деревья, Катя поднялась на замёрзших ногах. Девушку знобило от холода и усталости, а может, она начала простывать.

Съев несколько долек шоколада и запив их скупыми глотками воды, Катя тронулась в путь. Машинально она подняла опрокинутую корзинку с грибами, которая казалась сейчас неподъёмной.

Девушка не знала, куда идёт, и просто шагала прямо, огибая корявые стволы деревьев. Она вспоминала скудные познания о том, что нужно делать, если заблудился в лесу, как определять стороны света, но ничего путного ей на ум не пришло.