Гвоздь Пилата Понтийского

Врагов тоже у них, как оказывается, множество.

Если государство способно защитить судей от косых взглядов окружающих, причастных и не причастных, виновных и невиноватых, то беда для самих судей приходит оттуда, откуда они и не ожидали. Самый страшные кошмары и страхи для любого судьи всегда находятся рядом с ним. Дадим имя этому врагу. Ибо какой враг без имени? Разве ж это враг? Так. Недоразумение.

На самом деле, их, судей, главный враг – их коллеги. Одна ошибка, и она тут же будет взята ими на карандаш.

Раз ошибка, два ошибка, а проходит время и приходит расплата в виде конкуренции за место под солнцем. И нет в этот момент никого более опасного для конкретного судьи, чем их же доброжелательные коллеги и сотоварищи по судейскому ремеслу. Они улыбаются друг другу и одновременно ненавидят друг друга.

Почему? Мир не стоит на месте, а расти надо. Место хлебное сохранять и охранять от посягательств коллег надо.

Рано или поздно за тобой прийдут твои товарищи и друзья – коллеги, которым понадобилось твоё место, или которым ты мешаешь расти по карьерной лестнице.

Шкрабы были разные

Объёмный рассказ

Если бы не умничающие демократы на совещании, было бы скучно. Беседовали про образование и школы с учениками в городе. У правозащитников всё плохо. Школа. Ученики. Учебники. Электронные дневники. Классные руководители. Власти. ЕГЭ. И даже оппоненты, посмевшие задавать наглые вопросы на предмет количества детей собственных и личного опыта работы в школе.

Для примера убийственного негатива и выработки всеобщего комплекса вины у присутствовавших один демократ рассказал даже историю про учителя в далёкие 20—30 годы. Суть в том, что в те времена были такие персонажи школьного образования, которых называли «шкрабами».

Нет. Это совсем не страшно. Это сведённые воедино, в одно понятие два слова – учитель и школа, а точнее – школа и работник.

Тогда и получилось новое советское слово – «ШКРАБ» (школьный работник). Если дословно, то ликвидатор неграмотности.

По тому, как это слово было произнесено, я догадался, что каким-то негативом веет от этого позабытого и не всеми понятого слова. Вернее будет сказать, вообще никому непонятого слова. Понял я, что суть претензии к слову «шкраб» за сто прошедших лет не изменилась.