И дело в шляпе

Называется материк Диким Западом, так что, возможно, есть где-то Смиренный Восток, но проверить всем лень. Впрочем, пришел же откуда-то Джеки Чай? Хотя я всегда подозревал, что он когда-то просто словил доской по мордасам, вот и начал косить… Ладно, не суть.

Вершиной нашей техники является паровоз, жемчужиной – пулемет.

Дальше. Насколько я тебя понял, у вас люди – единственный разумный вид, но здесь это не так. Хотя, надо признать, они наиболее многочисленны. Но еще есть вампиры, оборотни, упыри, задохлики, спиногрызы и зайцы, а также многие, многие другие.

Их всех порой называют нечистью, но пусть это слово тебя не смущает: они не более грязные, чем все человечишки. Порой встречаются фанатики, которые утверждают, что все они монстры, порождения дьявола, но ты не верь: все это справедливо, опять же, не в большей степени, чем про чистокровных людей. Что еще? Ах да, я уже упомянул, многие верят, что есть Бог и дьявол, они вроде как за всем тут присматривают, но их самих что-то никто не видел, так что считай, что мы сами по себе.

Теперь о главном. Меня зовут Джон Дабл-ю Смит. Я зарабатываю охотой на разных неприличных дяденек и тетенек, за которых назначена приличная награда.

Я спас твою жизнь. Но не по доброте душевной. Веришь ты или нет, у нас с тобой общие интересы. Ты вообще меня слушаешь?

Иннокентий молчал. Он сосредоточенно размышлял: схватиться за волосы, завыть или просто в безнадеге прижаться лбом к грязной столешнице.

Ну как можно выбраться из этого кошмара?!

Джон на удивление точно угадал мысли слушателя. Не меняясь в лице, он запустил пальцы в шевелюру иновременника, хорошенько встряхнул его и звонко (хотя нет, скорее глухо, со шлепком) приложил лбом об стол. Парень слегка взвыл. На удивление, все это не помогло: настроение у Иннокентия все еще было – ни ах, ни ох, уж лучше б сдох. Зато он снова был готов слушать ковбоя.

– Парень, мне тебя почти искренне жаль, но в случае, когда кто-то не вовремя распускает нюни, я распускаю руки.

А если не помогает, я умываю руки, оставляя нытика одного, а в одиночку тут выжить сложно. Но ты мне нужен. Кстати, может, и я смогу тебе помочь. Так что соберись.

Иннокентий, как раз собиравшийся бурно возмутиться, обратил пристальное внимание на сбитые кулаки ковбоя, явно сделавшие отбивную не из одного быка, и передумал. Что неудивительно. Потом парень окинул взором салун.