Ёсь, или История о том, как не было, но могло бы быть

– Я, дорогой друг, скучаю не только по стране и по вам с Надей скучаю, – лукаво произнес Троцкин.

– А скажи мне, Лёва, желаешь ли ты, вернуться в свой родной прайд. Так сказать, в логово нашей революции, и оставить чужбину навеки, – следуя инструкции, спросил его Стален. Разговор строился по нужному для Ёсифа сценарию, и он расслабленно закурил сигару. Клубы едкого сигарного дыма окутали комнату. Тщедушный Лев закашлялся и стал махать рукой перед собой, разгоняя дым. Стален, не обращая внимания на телодвижения собеседника, продолжил.

– Ну а коль так, то что тебя держит, собирай свои манатки и айда со мной в стАлицу, помощь твоя нам нужна, тОлант твой Араторский необходимо привлечь для борьбы с контрой.

– Ух, и быстр ты, Ёсь, и акцентик у тебя опять проявился, не волнуйся ты так, я сам понимаю, что без страны мне здесь долго не протянуть, но мне необходимо все взвесить и обдумать. Столь ответственный шаг впопыхах не совершают. Здесь я уже шестой год, и за это время у меня появились друзья и соратники, ученики-сподвижники, и женщина у меня есть, а это, Ёся, в нашем с тобой возрасте, немаловажно, – продолжая отмахивать дым, произнес Троцкин.

– Ого, эка ты, братец, и махнул. А что ж молчал, почему не говорил, что бабу себе завел. Если в деле замешана баба, то не быть добру, – Стален почесал затылок.

– Ну, во-первых, не баба, как ты выразился, а женщина, и она мексиканка, и она мне очень нравится, и попрошу не называть ее так. Это ты у себя в столице называй, как хочешь, а здешние дамочки привыкли, что их уважают.

Во-вторых, она не в деле. И, в-третьих, Надя, как тебе известно, тоже женщина, и вон какую делюгу сделала, – Лев помахал в потолок указательным пальцем.

– Ладно, ладно извини. Что-то я не подумал, что ты у нас интеллигент. Но Надя же голова, это даже не женщина, – разговор отошел от инструкции, и Ёся начал теряться, как вести себя с этим Львом. Он втянул в легкие побольше дыма, чтобы сосредоточиться, и что было силы выпустил его. Комната погрузилась в пелену тумана.

Он и сам не ожидал такого поворота, а когда выдохнул, то увидел, что ничего не видит, туман полностью застил комнату. Стален инстинктивно стал махать руками, пытаясь разогнать дымовую завесу. Когда дым рассеялся, кресло, на котором сидел Лев, было пустым, окно перед ним было открыто, и дым медленно улетал в него. На долю секунды ему показалось, что Лев вместе с дымом улетал в неизвестность окна. «Бред, – подумал Ёся, – он же не джинн, он Лев.