Ёсь, или История о том, как не было, но могло бы быть

Мистика, телекинез, не иначе». Только он закончил свою мысль, как в затененной части комнаты, напротив зеркала, дым самоорганизовался и образовал в воздухе еле уловимую надпись: «Я подумаю и сообщу». План переговоров был сорван. Стален вышел в переулок и направился в сторону отеля «Ледоруб».

Троцкин

Лев Давидович Троцкин родился в семье Давида Троцкина, когда у того уже было четверо детей. Семья еле-еле сводила концы с концами, и рождение пятого ребенка не входило в планы Давида. Поэтому семья решила, что, если выживет, то тому и быть.

Назовут Лев, в честь царя зверей. И Лев оказался живуч и выжил. Мама Льва, Анна Троцкина, в девичестве Животноводова, происходила из древнего хутора животноводов, близ села Яновка Херсонской губернии, там и жила. Анна любила всех своих детей, но в неравной степени. Старшие дети были любимы больше, чем меньшие, потому что могли работать для семьи, тем самым принося больше пользы для жития Троцкиных. Младшие даже мешали развитию животноводства хутора, покуда отвлекали на себя часть рабочего времени. Семья держала свиньей и имела свой свинарник. А это было обременением для многодетной семьи. С раннего утра, с первой звездой, отец семейства будил старших, и они всей бригадой шли в свинарник, резали свиней, грузили туши на подводу, и матушка отправлялась на привоз Херсона торговать ими. От вырученных денег покупала крупу, сахар, молоко и диетическое мясо индейки для всей семьи. Все это повторялось изо дня в день. Таким образом, это и позволяло семье Троцкиных выживать в сложных экономических условиях. Село Яновка славилось своими животноводческими хуторами, и мясо с них пользовалось у зажиточных жителей Херсона высокой репутацией. Лев рос маленьким и тщедушным, еда в семье распределялась по старшинству, что позволяло старшим больше есть и быстрее расти, а младшим меньше и меньше. И если Лев, от природы обладающий чувством повышенной справедливости, пытался возразить, то обязательно получал подзатыльник. Поэтому маленькому Льву доставалось от всех понемногу. Но благодаря постоянному чувству голода и явной несправедливости, маленький Лев выработал в себе качество на расстоянии отнимать еду. Стоило ему только подумать, что он хочет сильно съесть ложку каши, как ложка сама опускалась в кашу и, набрав необходимое количество пищи, устремлялась в рот к Троцкину. Делал он это незаметно для всех, пока матушка возилась с братьями и сестрами, моя им руки перед едой.