Чемодан

Тошнота подкатывает к горлу. Женщина встаёт. Чёрные круги расплываются перед глазами и постепенно, как занавес в театре, расходятся, открывая новые декорации.

– Господи-и-и, – с ужасом шепчет Вера, медленно поворачиваясь вокруг себя.

Вокруг разрушенные деревянные дома, только трубы оголённых печей кое-где возвышаются над руинами. Чёрно-серый пепел густым слоем лежит на земле. Перевёрнут обоз. Над телами мёртвых людей кружат с мерзким звуком мухи. Сердце стонет, дыхание учащается, и вот уже тело бьёт мелкой дрожью, от которой стучат зубы.

– Где я? – шепчет женщина, оглядываясь по сторонам. Её мысли спутаны, она хватается за голову и в этот момент слышит плач и голоса людей. Срывается с места и бежит на звуки. Собака бросается вдогонку.

Группа людей, преимущественно женщин, собирает трупы и укладывает в яму. На обочине лежат раненые люди. Около них хлопочут две старушки. Вера подбегает к пострадавшим и начинает их осматривать.

– Мне нужны мединструменты! – уверенно кричит она.

– Дочка, – обращается к ней старушка, – какие такие инстрУменты? Мы лопату в деревне еле нашли.

– Иголки, нитки, нож, ножницы, бинты, тряпки, воду, спички! Несите что есть! – не обращая внимания на слова бабушки, командует женщина.

* * *

Прокалив иголку, Вера зашивает рану девочке-подростку. Её руки делают быстрее, чем она успевает подумать. Голова гонится за руками, срабатывает мышечная память. Она не знает, откуда у неё эти навыки, но все её действия – уверенные и профессиональные.

– Ну вот, всё, что могла, сделала. Теперь им в больницу надо, – усаживаясь на землю, говорит женщина. Она кладёт руки на колени и, потупив взгляд в землю, думает.

Доносится запах табачного дыма. Вера поднимает голову и видит курящего старика. «Интересно, я курю?» – размышляет она. Роется в кармане брюк и находит пачку сигарет. Прикуривает. Женщины, тихо переговаривающиеся между собой, замолкают и с осуждением устремляют взгляд на курящую неестественного цвета блондинку.

– Дочка, ты нас опять выручаешь. Вчера внучат накормила, от голодной смерти спасла. Сегодня опять тебя Бог нам послал раненым помочь. Храни господь тебя, – крестится старушка и по-матерински добавляет: – Душа у тебя добрая, но вот курить нехорошо. А чемодан-то твой где?

Женщину словно подбрасывает.

– Чемодан! – вскрикнув, вскакивает Вера, ещё не осознавая, что вернулась память.