Чемодан

Из тамбура раздаётся женский крик. Вера с коллегами вылетают в тамбур. Молоденькая санитарочка стоит ни жива ни мертва, прижавшись к стене. Её руки широко расставлены, а пальцы впились в железные створки дверей. Неподалёку от неё стоит собака с раздутыми боками, в зубах остаток человеческой плоти. Кисть руки валяется посередине тамбура.

Вера переводит на санитара полные ужаса глаза.

– Ты куда ампутированные конечности отнёс? – нахмурив брови, спрашивает Вера Акима.

– Да как и всегда, в мешках унёс! – отбивается санитар, невинно тараща глаза.

 – Может, с перрона пёс подобрал?

– Собака привязана! – кричит Вера.

Аким делает шаг вперёд и, выпячивая грудь, тараном прёт на Веру. Он злобно щерится и орёт:

– Ты солдат еды лишаешь, чтобы накормить чёртову псину!

– Я сама не ем, еду свою собаке отдаю! И эта чёртова псина 500 бойцов раненых с поля боя вытащила! – кричит разгоряченно женщина. Она уверенно делает шаг навстречу санитару. – Как теперь она будет работать, после того как ты её накормил?!

– Да пошла ты! Это всего лишь собака! – со злостью Аким расталкивает людей и выпрыгивает из вагона.

Обед. Медперсонал подходит к железной собачьей миске и делится своим пайком с животным. Кто ложку, кто две, кто половину перекладывает из своей тарелки. Аким улавливает косые, недобрые взгляды коллег и скрепя сердце кидает Руди кусочек хлеба.

Железнодорожные пути восстановлены. Поезд трогается и, набирая скорость, покидает станцию.

В тыл

Вера идёт по вагонам, осматривает раненых.

Она медленно продвигается между вплотную лежащих бойцов и останавливается возле совсем юного парнишки. Неожиданно парень подмигивает ей. Вера не реагирует, шатаясь, выходит из вагона в тамбур. Всё! Это последний вагон. Обессиленная, она прислоняется к стене и сползает на корточки. Женщина закрывает глаза и сильно прижимает кулак к груди. Хочется завыть, но вместо этого она тихо запевает:

Не для меня придё-о-от весна,

Не для меня Дон разольётся.

Там сердце девичье забьётся

С восторгом чувств – не для меня.

Звуки вырываются из самого сердца и усиливаются под стук колёс. И вот она уже совсем не замечает, как поёт слишком громко. Слова песни доносятся до солдат. Чья-то рука приоткрывает дверь в тамбур. Они слушают Веру и чувствуют боль, накопившуюся в душе этой маленькой и бесстрашной женщины. Песня заканчивается, стоит тишина, нет даже стонов, только монотонный стук колес: ту-ду-туду-ту-ду-туду-ту-ду-туду… Поезд несёт красноармейцев в тыл.