Причуды чуда

Пришлось душ холодненький принять, как в вытрезвителе, но и он положение не сильно поправил, – Юлия Павловна пыталась пошутить, не зная, как вести себя при свете дня, когда отсутствует подкрепление в виде свечей и вина.

– Пей давай сок, а потом кофе. Надо немного перекусить, иначе похмелье долго не пройдет. Надеюсь, ты не опохмеляешься? – нарочито сурово спросила Юлию Павловну соседка, но глаза её за очками лучились озорными зайчиками.

– Что вы! Ни разу в жизни не пробовала опохмеляться. Да и вообще пью редко, здоровья не хватает.

Всю жизнь утром мне приходится тащиться на работу. А работать с похмелья я не умею, когда слегка переберу, как в этот раз, кажется, что голова – будто шарик воздушный на ниточке. Трепыхается сама по себе и периодически падает набок. В общем, не подчиняется мне никак, даже в положении сидя.

Тут Юлия Павловна жадно сделала несколько глотков из стакана и решила слегка подольститься к Людмиле Сергеевне, – А вы, я смотрю, в полном порядке! Встали рано, выглядите прекрасно, словно и не было вчерашних посиделок, все приготовили, откуда только у вас силы берутся!

Соседка молча выслушала эту сладенькую тираду, не сказала ни слова в ответ, только позволила проявиться на лице довольной улыбке.

Кажется, Юлия Павловна всё же нашла верный путь к её сердцу.

– Боже, как хорошо! – простонала Юлия Павловна, осушив стакан сока до дна.

Холодный густой напиток прошел целительной, освежающей волной по горящему пищеводу, даруя одновременно облегчение и наслаждение.

Юлия Павловна неожиданно слабо икнула, смутилась и быстро прикрыла рот ладонью. Людмила Сергеевна продолжала внимательно разглядывать свою соседку, улыбка её всё ширилась.

– Я – медик в четвертом поколении, знаю, как надо пить, сколько пить. И что делать поутру после того, как перепил, тоже знаю, – заговорила Людмила Сергеевна назидательным тоном, – алкоголь, как и кофе, часто сопровождают медиков по жизни. Это только далекие от медицины люди думают, что врачи по уши деревянные, не восприимчивы к чужой боли.

Есть, конечно, и такие, но чаще всего нам так же больно бывает, как и остальным людям. Особенно, когда тяжёлый пациент, когда не можешь человеку помочь.

– Кстати, лучшее лекарство от бессонницы, от мыслей разных, которые завести могут черт знает куда, – это сто грамм и желательно покрепче. А утром – кофе черный. Большую кружку вливаешь в себя, и вперед, опять к тем, кто еще жив и борется за свою жизнь, а ты ему помогаешь выкарабкаться.