Причуды чуда

Как неделями не могла заставить себя прикоснуться к его ящикам в комоде, как целый месяц не выбрасывала зубную щетку Саши, стоявшую рядом с ее собственной в одном стакане, будто это было предательством его памяти, словно надеясь, что муж еще вернется…

Тут Юлия Павловна не выдержала, плечи ее мелко задрожали, слезы в два ручья хлынули из глаз, она прикрыла рот ладонью, чтобы заглушить всхлип, рвущийся из груди. Вадим Олегович одной рукой обнял ее за плечи и притянул легонько к себе, не зная чем помочь, как успокоить, ведь сам был поражен и ошарашен увиденным.

Представить подобное было трудно даже ему. Так и просидели они в обнимку, ни слова не говоря друг другу, некоторое время, только Юлия Павловна тихонько вздрагивала от слез и никак не могла успокоиться.

– Ну ладно вам, Юлия Павловна, будет уже, – наконец выговорил Вадим Олегович, ласково похлопывая женщину по плечу. – Постарайтесь понять Людмилу Сергеевну, она ведь предполагала, вам будет трудно перебирать её вещи и заранее позаботилась, чтобы избавить вас от неудобств.

Просто примите всё, как есть.

Он встал с кровати, подошел к окну и отодвинул штору.

– Смотрите, Юлия Павловна! Смотрите, что она вам оставила, – воскликнул изумлённый Вадим Олегович и сделал шаг в сторону. На подоконнике стояла одинокая фотография в рамке, с неё радостно улыбались, она, Юлия Павловна, и Людмила Сергеевна на фоне Новодевичьего монастыря.

Юлия Павловна через силу улыбнулась изображению, утирая слезы тыльной стороной ладони.

Наверное, вид у нее был удручающий, потому что Вадим Олегович подошел к ней, взял женщину под локоток и повел к ванной комнате.

– Идите, умойтесь. Потом проводите меня, а завтра я пришлю к вам дизайнера и прораба. Вечерком, чтоб вы дома были, – распорядился он безапелляционным тоном.

Юлия Павловна покорно кивнула и поплелась умываться.

Глава 12 А что такое будуар?

Вадим Олегович ушел, и в доме стало тихо.

Кругом горел свет, двери всех комнат были открыты, из распахнутых дверец шкафов в спальне Людмилы Сергеевны на Юлию Павловну таращилась пустота. Лишь сейф оставался закрытым, но новая хозяйка дома не торопилась в него заглянуть.

Юлия Павловна почувствовала, как неудержимо погружается в ставшую такой привычной черноту собственных мыслей, как отчаяние неотвратимо крадётся у неё в мозгу и приказала себе немедленно собраться.