Лесной князь

А вдруг нас тоже леший украдет? – пролепетала Лизонька, которая была хоть и старшей, но более боязливой, чем младшая сестра Катенька.

– Вот поэтому и говорю вам, коханочки мои, глаза-то опускайте да одни не гуляйте по лесу, – объяснила няня с любовью.

– Но как же, нянюшка, а разве никто не может помочь этим несчастным девицам? – вдруг спросила Катюша, которая была довольно бойкой девчушкой. – Разве жених девицы не может убить этого лешего и вызволить ее из леса?

– Если жених отважится в заколдованную лесную чащу идти за невестой своей, то, конечно, может попытаться спасти девицу, если найдет ее.

Но убить-то лешего невозможно, – завораживающим голосом произнесла няня. – Ведь он дух лесной… и обличья принимать всякие может… да и невидимым стать… одолеть его никак нельзя…

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Буря

Купола горят, в волосах венец,

За спиной стоят братья и отец,

Верю я, Бог простит грех мой последний

Украду тебя я на глазах у всех…

Слова Е.Ваенги

Глава I.

Мятеж

Санкт-Петербургская губерния, Капорский уезд,

усадьба Александровка, 1759 год, Ноябрь

Вечерний полумрак окутал имение Пашковых. Темная библиотека на втором этаже деревянного усадебного дома озарилась светом ярких факелов, горящих на улице. Дикие крики во дворе и стрельба заставили Катюшу быстро отложить книгу и подойти к окну. Сквозь иней через холодное стекло девушка едва разглядела множество незнакомых людей на заснеженной улице. Несколько дюжин бородатых мужиков в темно-серых зипунах, с ружьями и красными разгоряченными лицами, заполняли почти все пространство около дома, стреляя из ружей, и жестоко дрались с дворовыми слугами, которые выбежали на двор.

Несколько нападавших были верхом.

Конец царствования Елизаветы Петровны ознаменовался неспокойным временем. Неимоверный гнет и бесправие народа, которые ужесточились в правление дочери Петра, привели к многочисленным бунтам и недовольству крестьян. В те годы во многих российских губерниях спонтанно возникали и множились разбойничали шайки, которые пополнялись беглыми крепостными крестьянами и солдатами-дезертирами.

Атаманы бандитских отрядов требовали денег у помещиков, угрожая расправой.

Разбойники, вышедшие из народа, жгли усадьбы, мучили и убивали людей, бесчинствовали на реках, нападали на проезжих, оскверняли даже церкви. Крестьянские волнения вспыхивали повсюду, иногда под самым носом императрицы.