Крепостная

Остановив кобылу у конюшен, она передала поводья одному из конюхов и устремилась в дом, полагая, что уже три часа пополудни. Гости в поместье были приглашены к семи. И в ее распоряжении оставалось всего несколько часов, чтобы к вечеру привести себя в порядок. В парадной она столкнулась с княжной Татьяной, которая, уже причесанная, в невероятно красивом платье из розового тюля, весьма кокетливо смотрелась на мраморной лестнице. Увидев Грушу – простоволосую, в запыленном синем платье для верховой езды, – Татьяна остановилась.

Когда девушка поравнялась с нею, княжна, презрительно и зло окинув Грушу взглядом, процедила:

– И где ты шатаешься? Посмотри, в каком ты виде. Грязная и лохматая, страх один!

– Простите, Татьяна Николаевна. Я что-то правда загулялась, – извиняясь, заметила Груша.

– И когда же ты успеешь привести себя в порядок? Всего два с небольшим часа осталось!

– Я успею, не беспокойтесь, – сказала Груша и, обойдя княжну, устремилась вверх по лестнице.

– Надеюсь на это! – бросила ей вслед недовольно Татьяна.

Уже наверху Груша вдруг обернулась и, как будто что-то вспомнив, громко сказала:

– Ваш братец, Константин Николаевич, сюда следует. Сейчас на дороге его встретила.

– Константин? – опешила княжна, пораженно уставившись на девушку.

– Да. У его коляски колесо слетело. Мужики как раз с ним возятся. Так, наверное, уже скоро сюда приедет.

– Вот новость-то! – воскликнула Татьяна обрадовано. – И хорошо, что он приехал. Прямо к нашему званому ужину.

Но Груша уже не слышала слов княжны, ибо стремительно шла в свою комнату.

Достигнув ее спустя минуту, девушка захлопнула за собой дверь. Быстро скинув с себя амазонку, Груша устремилась в ванную комнату и проверила, есть ли в большой чугунной бочке вода. Воды было вдоволь. Девушка, понимая, что греть воду долго и для этого придется звать дворовых девушек, у которых и так в связи с грандиозным приемом уйма работы, решила, что помоется и под прохладной водой. Она проворно ополоснула голову два раза с мягким мылом, морщась от прохлады воды, а затем окатила тело. Уже через четверть часа она вышла из ванной комнаты, вытирая на ходу влажные волосы. Набросив простой легкий пеньюар, она начала выбирать платье для вечернего праздника.

Гардероб Груши был невелик и состоял всего из дюжины нарядов. В нем имелось лишь два вечерних платья. Одно – сильно открытое голубое, а второе – молочно-белое с округлым вырезом, обнажающим лишь верх груди. Именно на нем она и остановила выбор.