Печать Индиго (трилогия)

Но тогда я должен выкрасть священный алмаз, Владыку?

– Нет. Я же сказал, камень можно получить только в дар. Иначе он потеряет свою энергию.

– Но Светлая девица никогда не захочет подарить этот древний самоцвет нам, – вымолвил удивленно Кристиан. – Скорее всего, мать рассказала ей обо всем.

– Ты прав, Крис. Но я придумал кое-что. Послушай. Как я сказал, девице семнадцать лет. И она наверняка наивна и чиста, потому как еще почти ребенок, плохо знает жизнь и вряд ли разбирается в ней. И я думаю, надобно сделать так, чтобы она влюбилась.

И сильно. Возможно, тогда она передаст камень в дар своему возлюбленному, при условии, что он попросит ее. Ведь влюбленные девицы становятся до того глупыми, что готовы на многое ради объекта своей сердечной привязанности. Что ты об этом думаешь, мой мальчик?

– Наверное, вы правы, ваше святейшество. Но я вовсе не разбираюсь в этой самой любви. Оттого не знаю, как девица сможет повести себя.

– А я разбираюсь. Вот послушай. Девка точно влюбится в некоего рыцаря, так сказать, который будет красив, умен, силен.

Который сумеет ее обаять, затуманить ее голову соблазнительными речами и увлечь. А если еще устроить небольшую потасовку и сделать так, чтобы этот молодец спас девку, он станет для нее героем, и она точно влюбится в него без памяти. В нужный момент этот молодец выпросит у нее в дар камень. Вот алмаз и окажется у нас, ибо этот рыцарь-спаситель будет подослан нами. Ты согласен со мной?

– Наверное, – нахмурившись, буркнул Кристиан. Ему совсем не нравился этот странный разговор о соблазнении девицы.

 – Но кто станет этим рыцарем-оборотнем?

– Ты, мой мальчик, – твердо вымолвил Верховный.

– Я? – опешил молодой человек вконец.

– Конечно! – воодушевлено проскрежетал жрец Лионель, и его глаза заблестели мрачноватым светом. – В тот раз, девять лет назад, в лесу она же не видела твоего лица?

– Нет…

– Вот! Это главное! Ты молод, хорош собой, я бы даже сказал, красив. Тебе недостает лишь… – Верховный чуть замялся, подбирая слова.

 – Ты должен почаще улыбаться и не смотреть так грозно и сурово, как будто хочешь кого-то растерзать. Понимаешь меня?

– Но я вряд ли подхожу на роль соблазнителя-возлюбленного, – глухо неуверенно заметил фон Ремберг.

Молодой человек прекрасно знал, что девицы и женщины боялись его. Его взгляд наводил ужас на противоположный пол. Да, Кристиан был красив и внешне эффектен, но стоило ему лишь посмотреть на девушку, как она от страха начинала дрожать.