Перемена

– Вот и поговорите с теми, кто вас подставляет после уроков. В моей школе так делали. Это называлось «устроить темную».

– Чего устроить? – искренне переспросил Стефан.

– Поднимай руку, когда говоришь! – рассвирепела учительница. – Встать!

Класс молчал. Именно в этот момент Никите понадобилось хрюкнуть и рыгнуть, сдерживая свой дурацкий смех. Класс снова рассмеялся.

– Тогда ладно, – резко отозвалась Лидия, беря листок бумаги и ручку в свои руки. – Сейчас я пишу докладную и отношу её директору.

Девочки мигом притихли.

Томаш горделиво выпятил грудь. Лидия села за стол и начала писать. Старательно выводя буквы, она иногда посматривала на Ладислава и Лиора с великим потрясением. Но ведь вы помните, что Томаш сидел на предпоследней парте, прямо рядом с открытым окном.

– П-с-с, – подозвал нас он. Мы обернулись.

Томаш указал на Таволайнена. Тот потихоньку пересел к брату за парту. Тот ему что-то нашептал. Таволайнен, выслушав Томаша, кивнул, подождал немного и встал из-за стола.

Он сделал это деликатно и тихо. Учитель продолжал писать, не отрываясь от листа. Столь же деликатно Никита ПОДНЯЛСЯ НА ПОДОКОННИК И ВЫШЕЛ В ОКНО.

– Я не поняла, что за шум? – проснулась Лидия, подняв голову. Она увидела лишь наши затылки, но мы мигом обернулись. Смерив нас строгим взглядом, она продолжила писать, а мы сидели совсем пораженные.

– Он вышел в окно, – пролепетал я закадровым голосом. – Не переживайте, тут первый этаж, а там сугроб. Но он вышел в окно!

– Псс.

Снова этот голос, и это был Томаш.

Он завлекал к себе Лиора. Но Славик сидел на первой парте, и оставить после себя пустое место было затруднительно.

– Меняемся, – прошептал я. Мы аккуратно поменялись, Лиор оказался на второй парте, я на его месте.

Учитель был поглощен всей накопившейся злобой и продолжал скрипеть ручкой. Я снял, как в окне исчез и Лиор. В классе было на два человека меньше. Еще за минуту исчезли Ладушка и Бустендорф. Томаш все продолжал сбрасывать людей с тонущего корабля.

Ждал, пока учительница это заметит. Девочки смотрели на нас как на идиотов, они шикали. Я же снимал их широко раскрытые глаза.

– Докладная готова, – звонко срезала тишину Лидия, встав из-за стола. – Дисциплина будет влиять и на вашу успеваемость, и на увеселительные мероприятия. Вам их могут запретить, к слову. Итоговая отчетность… Что-то вас мало.

Мы еле сдержались. Томаш лишь развел руками и молился, чтобы шутка раньше времени не взорвалась.