Птичка

Обхватив ее кисть сильной рукой, он не позволил ей отойти. Над ее ухом он проворковал:

– Прелестная и сладкая, словно птичка в саду…

– Мне надо к отцу, – заикающимся голосом пролепетала Аглая, чувствуя, что его дыхание обжигает кожу на виске.

– Что ж, идите… – выдохнул Скарятин.

Он отпустил ее, и Глашенька, запинаясь о длинную юбку, поспешила прочь от этого мужчины, который явно имел власть над ней.

Глава II. Именной кортик

С того дня Скарятин, едва ему удавалось остаться с девушкой наедине, всячески пытался смутить Аглаю.

Дмитрию было около тридцати лет, он был красив, самоуверен и горяч. Он знал, что нравится женщинам, и почти всегда добивался своего от впечатлительных дам, которые часто сдавались на его милость. Оттого соблазнение Аглаи было для молодого человека лишь делом времени.

Умело и настойчиво Дмитрий говорил Глаше об ее красоте и грации, тайком целовал ее ручки и открыто показывал свою влюбленность. Девушка, конечно, смущалась от всех этих явных знаков внимания и неумело пыталась показать, что ей все равно.

Но в душе она отчаянно желала, чтобы Скарятин все это продолжал. Его комплименты, горящие взгляды и тайные объятия разжигали в ее сердце любовь с каждым днем все сильнее. Вскоре она поняла, что все ее существо неистово жаждет молодого человека, а сердечко наполнено жгучими любовными чувствами к Дмитрию. Стоило Скарятину призывно посмотреть на нее, как Глаша начинала дрожать всем телом, ощущая неистовое желание принадлежать молодому человеку полностью.

Спустя всего лишь четыре дня Дмитрию стало лучше, и он уже сам мог выходить на двор и перемещаться по горнице. В тот день Кавелин с Иваном уехали в Петербург на ярмарку. Глаша, как обычно, приготовила завтрак, а затем занялась делами по дому. Дмитрий сидел в убогой гостиной недалеко от печи и чистил свое оружие. Все утро он бросал горячие взгляды в сторону девушки, пока она мыла полы и готовила обед. Но Глаша делала вид, что не замечает этого. К тому же все утро то и дело по дому сновала Матрена, кряхтя и подозрительно смотря на Скарятина, как бы показывая взглядом молодому человеку, что следит за ним.

Около двух часов пополудни все трое пообедали в молчании, лишь пару раз Скарятин осмелился улыбнуться девушке через стол, стараясь не вызывать у старухи Матрены подозрений. После обеда Глаша убрала со стола и налила в корыто горячей воды, чтобы мыть посуду. Дмитрий так и сидел сбоку от стола, внимательно следя за девушкой, словно задумав что-то.