Тайна сердца

В следующую секунду она увидела, что сани сносит вбок, и испуганно окликнула Илью, не понимая, отчего он не выправляет их ход. А через мгновение они попросту вылетели с горы, и Даша очутилась в ледяном сугробе по самую макушку.

Илья помотал головой и пришел в себя. Совсем близко он увидел испуганное лицо Даши, она была вся в снегу и без шляпки. Осознав, что произошло, Илья попытался встать, но тяжелые сани, лежащие боком прямо впритык, придавили ему ногу. Теплов выругался и тут же, уперев руки в боковину саней, мощным движением перевернул их обратно, высвободив свою ногу.

– Ты не ушиблась?

Стянув перчатку, Теплов начал осторожно пальцами стирать с ее лица снег.

– Наверное, нет, – пролепетала она и попыталась встать. Илья проворно поднялся на ноги и помог девушке. Он начал осторожно стряхивать снег с ее светловолосой головы и плеч. А затем наклонился и, подняв Дашину шляпку, лежащую в сугробе, отряхнул ее и протянул девушке.

– Елки-палки! – раздался позади них голос Платона. Штуммер быстро приблизился к молодым людям. – Ну, ты даешь, Теплов! Чуть шею не свернул себе! Напужал, наверное, Дашеньку. Как вы, милая?

Платон начал отряхивать камзол Ильи и его темные волосы, что были все в снегу. Илья же нервно крутил лодыжкой, ощущая, что поставил синяк санями.

– Сносно, – ответила она, натягивая влажную шляпку на голову.

– Болит чего? – тут же участливо спросил Илья и вперил в нее напряженный аквамариновый взор. Даша, по-доброму посмотрев на Илью, улыбнулась и произнесла:

– Да нет, напугалась только сильно.

– Ну, это пройдет, Дарья Сергеевна, – подбадривающе заметил Штуммер, также осторожно отряхивая снежные комья с юбки девушки. – Вы, главное, больше с Тепловым не садитесь в сани, а то он, не дай Боже, еще чего вытворит! – как и обычно, в своей ехидной манере подшутил он.

– Слушай, Платон Николаевич, не нарочно ведь я. Сани сами понесли невесть куда, – пробубнил Илья в этот момент, ища глазами свою треуголку, подбитую мехом, и стараясь не смотреть на Дашу. Сильное, неприятное чувство досады точило Теплова, оттого, что он, как глупец, ошалев от близости девушки, потерял на миг все ориентиры.

– Вот вы где! – раздался за ними голос Михайлова.