Космополис архаики. Готические стихотворения

Днесь белы наши скорбные лики,

Царский благовест имут кресты,

Знались мы под Иродом велики,

Туне всем ссеребрили персты.

Смерть и красит худые одежды,

Щедро черной лазурок лия

На именные ясные вежды,

Будет, Господи, правда Твоя.

«Вернут ли нас в Крым, к виноградникам в темном огне…»

Вернут ли нас в Крым, к виноградникам в темном огне,

К теням херсонесским хлебнуть золотого рейнвейна

Затем, чтоб запили мы скорбь и не в тягостном сне

Могли покружить, яко чайки, над водами Рейна,

В порту Анахайма очнемся иль в знойный Мадрид

Успеем к сиесте, а после по вспышкам понтонным

Пронзим Адриатику – все же поймем, что горит

Днесь линия смерти, летя по тоннелям бетонным.

И вновь на брусчатку ступив пред бессонным Кремлем,

Подземку воспомнив и стяги советские, Ая,

На стенах в бетоне и меди, мы к Лете свернем,

Все Пирру святые победы свои посвящая.

Нельзя эту грань меловую живым перейти,

Лишь Парки мелком сим багряным играться умеют,

Виждь, нить обрывают, грассируя, мимо лети,

Кармяная Смерть, нам равенствовать ангелы смеют.

Еще мы рейнвейн ювенильный неспешно допьем

И в золоте красном пифиям на страх возгоримся,

Цирцеи картавые всех не дождутся в своем

Отравленном замке, и мы ли вином укоримся.

Еще те фиолы кримозные выпьем в тени

Смоковниц троянских до их золотого осадка,

Фалернские вина армический лед простыни

Оплавят в дворце у безмолвного князя упадка.

Святая Цецилия с нами, невинниц других,

Божественных дев пламенеют летучие рои,

Бетоном увечить ли алые тени благих,

Еще о себе не рекли молодые герои.

Сангину возьмет ангелочек дрожащей своей

Десницею млечной и выпишет справа налево

Благие имена, а в святцах почтут сыновей

Скитальцы печальные, живе небесное древо.

Красавиц чреды арамейских и римлянок тьмы

Всебелых и томных нас будут искать и лелеять

Веретищ старизны худые, из червной сурьмы

Голубок на них дошивать и с сиими алеять.

Ловите, гречанки прекрасные, взоры с небес,

Следите, как мы одиночества мрамр избываем,

Цитрарии мятные вас в очарованный лес

Введут, аще с Дантом одесно мы там пироваем.

Стратимовы лебеди ныне высоко парят,

А несть белладонны – травить речевых знаменосцев,

Летейские бродники вижди, Летия, горят

Они и зовут в рай успенных сиренеголосцев.