Космополис архаики. Готические стихотворения

м, Фауст, нас флорентийский

Ждет красный пир, еще не премерцал

Взор ангела Микеля, пусть витийский

Горчит отравой бальною язык,

Цыганские бароны бьют куферы

Серебряные эти, но музык

Боятся фьезоланские химеры

И дервиши Себастии, певцы

Лигурии и сирины Тосканы,

Елику наши бойные венцы

Сиим не по размерам, возалканы

Одне мы, аще много в червной тьме

Злоизбранных, стооких и безречных,

По нашей всепорфировой сурьме

Лишь смертников узнают неупречных.

«Как цвели мы, Господь, во разорном саду…»

Как цвели мы, Господь, во разорном саду,

Как хотели отраву изжить,

И приветить начальную Гостью-Звезду,

И Христосу всечинно служить.

Ах, давно эти мраки горят для иных,

Где ж серебро их нощных огней,

Не осталось искры от веночков земных

И от всех не осталось теней.

Слезы вылием ниц, а и будем тлести,

Мародеры не сносят крестов,

Нас добили на самом исходе пути —

Меж багряных и черных цветов.

По направлению к югу

Месса

Сотни жаб в изумрудной проказе

На концерты сбежались, ярясь.

И антоновки падают наземь,

Циклопической коркою – в грязь.

Серпень грязь эту щедро омоет,

Коемуждо здесь оды слагать,

Хор демонов ли с жабами воет,

Бойной кровию их и пугать.

Тяжелы августовские брашна,

Легких вин молодых изопьем,

Аще глупая юность бесстрашна,

Мы хотя именины вспоем.

Веет ветер ночного эфира,

Свет все краше, пространство – сырей.

И уже дуновенье Зефира

Рассекает немолчный Борей.

Оттого ль праздный шум тропосферы

Страшно внятен, как ровное фа,

Что трехсложные гробит размеры

Золоченая смертью строфа?

Знает Бог, но от пресного лона

Черных вод устремляясь в зенит,

К пышным нетям небесного трона

Помраченная мысль не летит.

Время юной состариться деве

И зияющей рваться листве.

И горит на осенних деревьях

Все, что сгнило в моей голове.

«Когда с небес пасхальная вода…»

Когда с небес пасхальная вода

Лилась и вечность рушилась впервые,

Пред бездною прощаясь навсегда,

С тобою были мы еще живые.

Двойное отраженье где искать

Безумное зерцало не ответит.

Свечою стал сей образ догорать,

Досель огонь пенатам скорбным светит.

Среди созвездий, в космосе огней

Соль слез кровавых есть святая трата,

Пока не остается и теней

В шкатулке межвселенского заката.

Саднящие мгновенья пронеслись,

На мрамор яд возлег смертельным слогом.