Земляне

Вообще-то, Ленка хорошая девчонка, мне нравится, но…

Когда ты волей-неволей постоянно чувствуешь за тонкими стенками корабля бездонную пропасть и абсолютно реальную смертельную опасность, особо веселиться не тянет.

Лена имела специальность химик-биолог, которую получила всего год назад. Кроме того, в Центре она прошла курсы начальной медицинской подготовки, и в нашем коллективе выполняла функции врача. Но мы рассчитывали больше на свое здоровье, чем на ее помощь или на великое русское «авось».

Мне кажется, её пребывание в экипаже обуславливалось скорее природными данными и известностью в определенных кругах.

А круги эти были большие. Эта русая красотка была не только привлекательна собой, но и имела ту самую необходимую популярность. У Лены в соцсетях была многомиллионная фанбаза, которую она набрала, публикуя как свои весьма интересные изображения, так и околонаучные статейки про первых собачек-космонавтов и рефлексы Павлова. Мол, не дура!

И надо же такому случиться, оказалось, что она работала у нас в фирме незаметной лаборанткой.

Но после того как ТВ и остальные СМИ оценили нашу Лену, руководящие сотрудники да и вся наша космическая общественность словно с ума посходили, сделав ее «лицом» фирмы. Боссам компании ничего не оставалось, как включить её в нашу лунную программу.

Возможно, по этой же PR-причине здесь оказался и я, хотя я и специалист по разным планетам и спутникам.

Ислам Сатаев, как и Алексей, тоже является настоящим космонавтом. Не то, чтобы мы были чем-то хуже, ведь подготовка у всех проходит одинаково, но в отличие от нас троих, эти двое имели опыт полётов в открытый космос, отчего и могли заслуженно и полноправно считаться космонавтами.

Ислам отвечал не только за всю электронику, но и был прекрасным конструктором.

На Земле он проводил испытания ядерного двигателя для космических аппаратов. Ядерный двигатель очень эффективен, но и очень опасен, поэтому до сих пор никто не пытался применить его в реальных полетах. Действительно, если что-нибудь случится, скажем, на взлете, трудно представить, какая территория будет заражена радиацией.

А если такая ракета свалится на большой город? Чернобыль в воздухе. Да уж…

Здесь же возникает другой вопрос, зачем тогда воплощать эту идею, не лучше ли придумать что-то другое, новое?

Ислам мне как-то рассказывал об изобретателях вечного двигателя, и о том, что к ним, в научный отдел, постоянно приходят «гениальные» письма подобного рода.