Домби и сын

Не могъ онъ забыть, что зд?сь, въ этомъ предсмертномъ прощаньи матери и дочери, для него не было никакой доли. Передъ нимъ, передъ его глазами, были два прекрасныя созданiя, т?сно заключенныя въ объятiя другъ друга, a онъ стоялъ подл? нихъ какъ отторженный постороннiй зритель, и не позволили ему принять участiя въ этомъ св?тломъ проявленiи глубокой истины и безпред?льной н?жности!

Такъ какъ вс? эти образы, со вс?мн мрачными отт?нками, невольно прот?снялись въ его гордую душу, и никакая сила неспособна была удалить отъ него этихъ воспоминанiй, прежнее его равнодушiе къ маленькой Флоренс? изм?нилось теперь въ какое-то странное, необыкновенное безпокойство.

Онъ почти чувствовалъ, какъ-будто она наблюдаетъ его, не дов?ряетъ ему, какъ-будто въ рукахъ ея ключъ отъ той задушевной тайны, въ которой онъ и самъ не отдавалъ себ? яснаго отчета. Ему казалось, наконецъ, будто въ ней таится врожденное понятiе объ этой неправильно-настроенной струн? его души, и будто могла она однимъ дыханiемъ привести ее въ движенiе.

Его отношенiя къ дочери, съ самаго ея рожденiя, им?ли отрицательный характеръ. Онъ никогда не чувствовалъ къ ней отвращенiя, но зато никогда и не думалъ о ней. Она прежде не была для него положительно непрiятнымъ иредметомъ; но теперь онъ чувствовалъ изъ-за нея какую-то неловкость, и она возмутила покой его души. Онъ желалъ бы вовсе о ней не думать, да только не зналъ какъ. Быть можетъ, – кто разр?шитъ эти тайны челов?ческаго сердца! – онъ боялся, что со временемъ принужденъ будетъ ненавид?ть ее.

Когда маленькая Флоренса робко вошла въ стеклянную комнату, м-ръ Домби пересталъ ходить, остановился и взглянулъ на свою дочь. Если бы посмотр?лъ онъ на нее съ большимъ участiемъ и глазами отца, онъ прочелъ бы въ ея св?тлыхъ взорахъ разнообразныя впечатл?нiя нер?шительности, надежды и страха. Онъ увид?лъ бы въ нихъ страстное желанiе поб?жать къ нему, броситься въ его объятiя и воскликнуть: "отецъ! попытайся любить меня! У меня никого н?тъ кром? тебя!".

И вм?ст? онъ прочелъ бы опасенiе быть оттолкнутой, страхъ показаться слишкомъ см?лою и оскорбить отца, умилительную потребность въ ободренiи и успокоенiи, и, наконецъ, онъ увид?лъ бы въ этихъ ясныхъ глазахъ, съ какимъ тревожнымъ безпокойствомъ ея переполненное юное сердце отыскивало естественнаго прiюта для своей н?жности и подавляющей печали. Но онъ увид?лъ только, какъ она нер?шительно остановилась y дверей и взглянула на него.