Давид Сасунский

Говорили промеж собой:

– Нападем на него ночью и убьем. В темноте он нас не увидит. До утра Санасар еще десять пахлеванов убил. Бились с утра и до вечера. Еще десять пахлеванов убил Санасар. Осталось всего только двадцать.

Кругом мертвые тела лежат. Ноги у Санасара увязли в густой крови. Пахлеваны бродят вокруг да около, а ближе подойти не смеют. У Санасара затекла рука, разить он не в силах, только обороняется. Нет ни на чьей стороне перевеса.

Но возвратимся к Багдасару.

Брат выручает брата

Встал Багдасар поутру, умывается, глядь – почернело кольцо, что дал ему в обмен Санасар.

– Горе мне, горе! – воскликнул он. – Брат мой в беде. Скорей выводите из стойла коня – я помчусь к брату на помощь.

– Погоди, сынок, – молвила мать, – покушай перед дорогой. Вывел Багдасар могучего коня, оседлал его, палицу взял, вскочил в седло, помолился богу, помчался. А поесть забыл.

Доскакал до высокой горы. Пастух-исполин преградил ему путь.

– Всадник! – сказал пастух. – Выпей молока, а потом можешь ехать.

– Э, да ты кто – сам сатана? Мой брат гибнет, а ты – «Выпей молока»? Нет, мне недосуг.

– Шалишь, брат, – молвил пастух. – Пока молока не выпьешь, я тебя не пропущу.

Багдасар видит, что пастуха не переупрямить, соскочил с коня, сел наземь. Пастух полное корыто молока надоил, подвинул к Багдасару, дал ему хлеба, а сам принялся обходить свою отару.

Семь раз обошел он ее; наконец Багдасар допил молоко, опрокинул корыто, позвал:

– Эй, пастух, возьми корыто, я уезжаю! Пастух подошел к нему и сказал:

– Багдасар! Брат твой в семь раз сильнее тебя.

Смотри ни в чем ему не перечь. Ну, поезжай! Санасар сорок пахлеванов осилил, а двадцать осталось. Этих ты перебьешь, и вы вернетесь домой. Не бойтесь: таких двух братьев, как вы, никто на свете не победит.

Домчался Багдасар до стен Медного города, видит: стоят сорок стариков.

– Здравствуйте, краснобородые, белобородые, рыжебородые! – крикнул он им.

Самый из них древний поздоровался с Багдасаром.

– И ты, бедняга, угодил в силки к той девице, у которой не сердце в груди, а камень? – спросил он.

– Дедушка! – сказал Багдасар. – Не то вчера, не то позавчера тут один молодец проезжал, мой однолеток. Вы его, часом, не видели?

– Видели, – отвечал старик. – Не вчера, а позавчера проезжал тут один молодец. Был он сильнее, смелее тебя. Конь у него был как вихрь. Взвился и перемахнул через городскую стену. До нынешнего дня шум битвы к нам сюда долетал. А сегодня тихо.