Горькое счастье

Но это прошло мимо его взгляда, ибо все его помыслы были сейчас только о том, что должно последовать далее.

Увидев горничную Ольги Наташу, он сказал ей:

– Скажи барыне, что я желаю повидать ее.

Та убежала. Николай остался один, охваченный сладким волнением. Упоительна была для него мысль о близком присутствии Ольги, радостна надежда на свидание с нею, к тому же тайна его увлеченностью Ольгой придавала всему происходящему еще большую сладость.

Вскоре на пороге дома появилась сама Ольга.

– Вы? – удивленно-взволнованно произнесла она.

– Вы не рады?

– Что вы, наоборот. У вас ко мне какое-нибудь дело?

– Я хотел бы сказать вам… однако, не угодно ли будет нам с вами избежать чужих ушей и глаз?

– Извольте, – согласилась Ольга.

– Не составите ли вы мне компанию в моей прогулке верхом?

– Что ж, извольте. Только вам придется подождать.

– Сколь угодно долго.

Ольга ушла в дом и вскоре вернулась одетая для верховой езды.

Некоторое время они ехали верхом молча.

– Вам у нас тут нравится, граф? – наконец прервала молчание Ольга.

– Весьма, тут очень мило.

– Да, тут и вправду хорошо. А уж простор-то, простор!.. Поля неоглядные, рожь волнуется, речка серебрится, зарницы играют. А в лесу прохладно, тенисто. А главное для вас – нет мундира на пуговицах, а вместо этого чудесная широкая блуза…

– Ваша правда, однако, мне кажется, что вам должно быть здесь скучно.

– Увы. Вообразите, приличных соседей нет решительно. Мы просто дичаем здесь.

Вы не поверите, что за тоска… День за днем идет – один как другой, другой как третий. Все одно и то же. Оттого и люблю кататься на лошади. Это то из немногочисленных развлечений, которое я могу себе позволить. Отсталая я женщина – терпеть не могу железных дорог и этих глупых вагонов. Шум, грохот, народу полно. Ни поговорить, не полюбоваться как следует на природу. Едешь, куда тебя везут другие. А на лошади ты сама себе хозяйка. Куда хочешь – туда и скачешь.

– Я тоже люблю ездить верхом, – признался Николай.

– Вы такой славный, наверное, у вас прекрасные родители. Я даже уверена в этом.

– Ваша правда. Всем, что у меня есть, я обязан отцу и матушке, – сказал Николай. – У нас в семье никогда не было ссор и недомолвок. А отец с детства мне говорил: «Ничему словами не научишь, потому как слова это просто звуки и сотрясение воздуха. Научать надо только своим примером». И всегда этому следовал. И матушка так же. Я рос в любви и строгости.