Настоящий американец

 – Что у тебя с руками? Что там случилось?

– Знаешь, мне расхотелось танцевать. Поехали в мотель?

– Конечно, как скажешь.

* * *

Мелани уснула, а я долго смотрел в потолок вспоминая случившееся в том злосчастном баре. Наконец сон сморил меня, но лучше бы я не спал…

…Телефон, твою мать! Какому чудаку на букву «М» приспичило позвонить сейчас? Я же ясно всем сказал что я сегодня занят! Ни минуты покоя! Пошли в задницу, не буду брать.

– Так девочки, кто следующий? – обратился я к трем актрисам-моделям-певицам, до утра я занят именно ими.

Да что это такое, уволю нахер! Теперь начальник охраны настойчиво стучит в дверь спальни. Хотя, он у меня мужик опытный. Знает, когда хозяина беспокоить не стоит. Встаю с кровати и надев халат, иду к двери.

– Что там Сергей?

– Федор Васильевич, ваш сын…

Дальше вечно не спящая Москва, смазанные линии ночных фонарей сквозь залитые дождем боковые стекла Майбаха и простуженный голос адвоката.

– Константина полчаса доставили в 31-ю городскую больницу в Сокольниках.

– Почему в обычную больницу? Я для чего плачу этим упырям?

– Федор Васильевич, скорую вызвала девушка, с которой Константин был в клубе. В 31-й больнице наверное самое лучшее в городе токсикологическое отделение, скорая обычно возит туда.

– Что за девка и что за шалман?

– Ксения Семенова, второкурсница МГИМО, приехала из Самары.

– А родители кто?

– Да никто, на самом деле. Она бюджетница, победительница олимпиады.

– Понятно, из простых. Игорь, её не могли под Костю подложить?

– Проверяем, Федор Петрович.

– Ясно, так что за место?

– Клуб «Небеса» на Балчуге.

– А…, – Я не успел спросить, как Игорь добавил.

– Нет, это не они, мне сами позвонили, предлагают любую помощь…

Снова провал, а затем больничная палата.

– Состояние вашего сына стабильное, но тяжёлое. Он в коме. Вынужден констатировать, что прогноз неблагоприятный.

– Что это было, доктор?

– Со слов девушки, которая приехала с Константином Федоровичем перед тем как впасть в кому у вашего сына был припадок: сильные мышечные судороги, галлюцинации, рвота а затем он потерял сознание.

Врач хотел еще что-то сказать но в ординаторскую забежала медсестра.

– Павел Викторович, там пациент из третьей палаты, – врач выбежал, а я вслед за ним.