Настоящий американец – 2

 – Что произошло? – потребовал он ответа, остановившись возле окна и нервно прикуривая сигарету. Оказавшись дома, он позволил себе немного расслабиться и стал похож на обычного человека со слабостями.

Я рассказал и поделился своими мыслями насчет причастности Чарльза Френсиса к мафии.

– Какого черты ты приперся к нам с этим гребанным приглашением?! – сжав кулаки, он метнулся ко мне. Лучше бы он и дальше оставался в хладнокровном режиме, а так пришлось вскакивать с кресла. Пэрри остановился в шаге от меня, но кричать не перестал.

– Ты сам согласился принять приглашение, – напомнил я ему.

– А что мне еще оставалось делать?! Она перестала есть. Лежала в своей комнате и смотрела в потолок!

– Мог бы предупредить, что у твоей сестры проблемы с психикой, – как мне казалось справедливо заметил я. Других объяснений для такой агрессии я не видел.

– У нее нет никаких проблем! – вцепился он в лацканы моего фрака. – Пока ты не появился, все было отлично!

Я стряхнул его руки и направился к выходу.

– Подожди! Надо решить как действовать будем, – остановил он меня уже ровным голосом. – Раз ты говоришь, что этот Фрэнсис мафиози, значит в полицию не побежит, сам будет с нами разбираться. Это с одной стороны облегчает нам жизнь, хоть по судам ходить не придется. С другой – резко осложняет, я бы даже сказал, угрожает ей. – Он впал в задумчивость. Я ему не мешал поскольку сам был занят поиском выхода их задницы, в которой оказался.

В итоге, мы с утра приехали в Бруклин, на Брайтон-Бич.

Пока это место не стало прибежищем для эмигрантов из Советского союза, сейчас это обычный неблагополучный район Нью Йорка. Времена, когда Брайтон-Бич являлся фешенебельным курортом для богатых европейцев давно прошли, от былой роскоши остались лишь ошметки: купальни, ванны, стремительно ветшающие павильоны и раздевалки. Сейчас здесь царили грязь, бедность и криминальные банды всех мастей: национальные, расовые и молодежные.

Здание, которое облюбовало себе под офис агентство Тимоти Спаркса, вполне вписывалось в окружающий пейзаж: немытые окна, с паутиной и дохлыми мухами между рамами, облупившаяся вывеска, скрипучие полы.

– Какого хрена ты притащил меня в эту дыру? – оставлять здесь свой Корвет совершенно не хотелось. Угонят или обнесут.

– Это агентство моего хорошего знакомого, я тебе об этом уже говорил, – через губу процедил Перри.

Понимания между нами так и не возникло. Каждый винил во вчерашнем кошмаре другого.