Интернатские. Мстители. Любовь и дети Ханум

 – Бывает, что нетрадиционными методами распутываются настолько сложные преступления, что диву даёшься. К счастью, мне удалось познакомиться с той колдуньей, которая и сегодня ещё жива, и, обладая потрясающей памятью, помнит в подробностях визиты к ней, в том числе и многолетней давности, многих клиентов, а уж таких заметных людей, как мать Валеджана – сам Бог велел. Она честно, без малейшей утайки даже в мелочах, мне всё рассказала. Причём – под магнитофонную запись, что у колдунов по меньшей мере не приветствуется.

Короче говоря, при встрече бабка, взвесив в руке узелок с золотыми украшениями и тому подобными драгоценностями, скопленными Тамарой за всю жизнь, засуетилась перед ней, как перед царицей. За такое вознаграждение стоило не только добросовестно поработать по проблеме клиента, рассказав ему всё, что можно и чего нельзя, но и облизать его с головы до пят.

– Мужчина, которым ты интересуешься, – заявила после серии колдовских манипуляций старая ведьма, – очень, кстати, богатый и солидной внешности, любит, приезжая специально для этого издалека, посещать чайхану у речки с плакучими ивами по берегам.

Но человек он занятой и бывает там нечасто. А когда бывает – пирует с размахом. Глаза у него, как ты уже где-то и без меня разузнала, разные, и, видимо, тяготясь этим досадным для него промахом природы, на людях он обычно надевает затемнённые очки. На обеих его ладонях, и это ты тоже уже знаешь, – заметные шрамы, по причине чего, тоже не желая демонстрировать людям свои пусть небольшие, но увечья, руки он обычно на стол не кладёт, и почти всё время, когда не ест и не пьёт, перебирает чётки. Ну, и на переносице, как тебе опять же известно – шрам в виде большой точки.

– Все эти шрамы ему оставил на память мой покойный сыночек Валеджан, – углубившись слегка помутневшим взглядом куда-то внутрь самой себя, прервала старуху Тамара. – Как будто знал, что я буду разыскивать убийцу, и хотел помочь мне – ведь по этим шрамам найду мерзавца хоть под землёй.

– Ты и об этом знаешь? Но, если со шрамами всё очевидно даже для глупого – они на открытых частях тела, и долго скрывать их от людей просто невозможно, то подробности их происхождения, если раны наносились без свидетелей, доступны не всякому даже ясновидящему, а не то что беспомощным в загадках такого уровня государственным сыщикам. Да и я ничего подобного тебе пока не говорила.