Рассказы попутчика

Куда идёт, где остановится, и что его остановит? Если выживет, то для чего и ради кого? Может, вернуться на зону, и будь что будет? Но раз удалось бежать, значит, его жизнь для чего-то нужна…

Шестой день пути, и ни одной души, ни одного человеческого голоса! Илья шёл, скорее, брёл, не теряя реку из виду, когда обонянием, обострившимся почти до звериного, почувствовал слабый запах дыма. Наконец-то! Хотелось бежать в том направлении, но удалось только чуть ускорить шаг. На большее не хватило сил. Вечерело. Ему казалось, что он не найдёт источник запаха до темноты, когда почти наткнулся на чуть теплившиеся угли костра, рядом с которым кто-то оставил консервную банку с недоеденной говяжьей тушёнкой и большой кусок хлеба.

Трясущимися от голода руками Илья схватил банку, поднёс ко рту, чтобы есть прямо из неё. Не получилось – чуть не порезал губы об острый край. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, успокоился, стал выковыривать мясо указательным пальцем, и ел его с хлебом, наслаждаясь почти забытым вкусом тушёнки. В чистую, словно в ней ничего не было, банку он вложил остаток хлеба, спрятал в карман и стал устраивать ночлег рядом с погасшим костром. Кто здесь был? Почему ушёл, не доев? Кого испугался? На крики: «Ау! Кто ты? Отзовись!» отвечало гулкое, повторявшееся и затихавшее вдали эхо. Утром следующего дня Илья спустился к реке и, впервые за время пути, пил воду не согнутой в ковшик ладошкой, а из консервной банки, вдыхая сохранившийся мясной аромат и заедая остатками хлеба. И он пошёл вдоль берега в надежде, что вскоре встретится с людьми, и надеясь, что те не сдадут его властям. Когда усталость, ставшая привычной, дала команду на отдых, слабый ветерок снова принёс запах дыма. И повторилось вчерашнее: почти полная банка тушёнки, хлеб и надежда на чудо. За несколько десятков метров до костра Илья пересёк чуть заметную тропинку, уходившую вглубь леса. Готовый к любой встрече, пусть и со зверем, он с гулко бьющимся сердцем быстро поел, засыпал землёй посверкивавшие искорками остатки костра, возвратился к тропе и пошёл по ней. Шёл долго. Когда солнце, близкое к закату, высветило среди сосен небольшой домик, Илья хотел бежать к нему, но удалось только ускорить шаг. Похоже, он набрёл на охотничью заимку. Входная дверь была закрыта на щеколду, в которую вместо навесного замка вставлен поржавевший болт, соединённый тонким кожаным ремешком с дверной ручкой. И никого рядом. Илья вытащил болт, оставил висеть на ручке, и открыл дверь.